- Так, понял! - оборвал его Микеланджело. - ­Надо поговорить. Но только не здесь! - взмолился он.

  Жуткий зал вызывал у него просто отвращение.

- А что такое? - удивился один из полицей­ских, вместе с которыми пришел шеф полиции.­ - Разве в ваше время не было дизайна в стиле аван­гард?

- В наше время было все! - отмахнулся Мике­ланджело. - Но это не значит, что все мне должно нравится. И вообще, мне просто хочется жрать!

- Сейчас что-нибудь сообразим! - задумалась девушка.

- Погодите! - оборвал ее Джексон. - Скоро должны прибыть твои друзья.

  Внезапно двери открылись и в комнату ввалились страшно возбужденные Донателло, Леонардо и Ра­фаэль.

- Слава Богу! - облегченно вздохнул Мике­ланджело и с криком: «Ура! Мы снова вместе!» - бросился на шею Донателло, который шел впереди.

- Жрать! - Вместо приветствия прорычал его друг, бешено вращая глазами. - Я семьдесят лет ничего не ел!

Глава 3. Деловая встреча

  Шредер следовал инструкциям, полученным от человека, который разговаривал с ним с экрана электронного мошенника. Не послушать его у него не было оснований, потому что доброе участие это­го человека он сумел проверить на деле: благодаря его советам он с такой легкостью смог расправить­ся с роботами-полицейскими.

  Полковник уже довольно долго пробирался про­ходными дворами, блуждая и петляя по незнако­мым улицам и переулкам. Вначале Шредер с тру­дом, но все-таки узнавал городские кварталы. По­том ему приходилось пробираться новыми района­ми, как сквозь чашу незнакомого леса.

  Улицы все больше искривлялись и сужались, пока дома не стали угрожающе накрениваться друг к другу.

  Шредер, уже порядком злой, вынужден был про­тискиваться боком, царапая спину о бетонные сте­ны. Этот район давно был заброшен. Тут даже бро­дячих котов - этого непременного атрибута тру­щоб и помоек - не попадалось. И хотя квартал выглядел как самый обычный жилой район, Шре­дер не мог понять, откуда у него появилось ощу­щение, что здесь никто и никогда не жил: никогда тут не проходили прохожие, а чумазые дети не играли на тротуаре в догонялки или классики.

  Неприятный холодок пробежал по его спине, хо­тя Шредер и за две сотни баксов никому бы не сознался, что ему стало жутко.

  Со всех сторон нарядно глядели окна с кружевными занавесками. Двери повсюду были заперты, но почему-то казалось, что они начали постепенно распахиваться.

  Повсюду стояли намертво припаркованные авто­мобили.

  Шредер ежился и озирался.

- Да это же просто театральные декорации!­ - смутное подозрение все более крепло.

  Когда-то в невообразимо далеком прошлом,­ - Шредеру тогда было года 3-4, - в школе его стар­шего брата устраивался спектакль в честь какого-­то летнего праздника, кажется в честь каникул. Его брат должен был изображать какой-то овощ.

- Я буду красным перцем! - гордо уточнял тот, снисходительно разъясняя младшему брату разни­цу в овощах и фруктах.

  Чудесная летняя погода приблизила место дей­ствия спектакля к реальности. Изображать живой огород школьникам разрешили в саду мистера Шредера. Это было очень давно, и полковник лишь по рассказам вспоминал то стертое десятилетиями время, когда он и его семья жили в уютном, чистом коттедже.

  Неожиданно в груди полковника пронзительно защемило ностальгическое чувство. Он вспомнил, он увидел себя на руках матери, а вокруг галдели школьные товарищи его старшего брата и соседи.

  Вместо занавеса (никто, впрочем, толком и не представлял, как должен выглядеть настоящий за­навес) приспособили ширму из рисовой бумаги.

  Маленький Шредер, запихнув в рот большой па­лец, с серьезным видом таращился на облезлых павлинов и изображение пальм на банальной рос­писи.