|
Я до сих пор подшучиваю над тем, как он вопил, словно шестилетняя Дрю Бэрримор в «Инопланетянине».
Мне не хотелось, чтобы кофе остыл, даже обжигающе горячим он был так себе, поэтому я по-быстрому осмотрела полки в кладовке. Мама не занималась выпечкой, но наверняка хранила где-то сахар. Я прочесывала взглядом банки с маринованными овощами, двумя сортами риса, тремя видами джема и многочисленными видами фасоли. Кладовка была забита вареньем, но в ней не оказалось ни грамма сахара. Я уже собиралась вернуться на кухню, как вдруг мое внимание привлекло кое-что странное. Не то, что я увидела, скорее то, чего не увидела.
Я похолодела, потому что поняла, где мама.
Глава 59. Чарли
– Я возьму Тео, а ты заведи Зандера в дом, – сказал я жене, наклоняясь и отстегивая малыша с сиденья ее машины.
Он выглядел немного испуганным, и хотя мы не виделись всего два дня (Боже мой, неужели прошло всего два дня?), на мгновение меня окатила паника – вдруг сын меня забыл?
– Привет, Тео. – Я взял его на руки. – Это я, папочка!
Он улыбнулся, и все в мире снова встало на свои места.
Вокруг плевался дождь, и я накрыл макушку сына ладонью, а дверь машины захлопнул бедром, после чего побежал обратно. Острые углы и запутанные лестницы дома моей матери плохо подходили для детей, а Тео уже научился ходить, поэтому я усадил его за стол в гостиной, чтобы снять с себя промокшую от дождя толстовку.
– Папочка промок! – весело произнес я и бросил толстовку на стул, а затем пощупал подгузник Тео. – Ой! И Тео тоже! Давай-ка переоденемся.
Поднимаясь к себе в спальню с сыном и пакетом подгузников, я задумался, насколько изменилась наша жизнь после рождения Тео. Мы его не планировали, и, узнав о том, что Марсела снова беременна, я испытал двойственные чувства. Зандер наконец-то пошел в школу, и ритм жизни стал предсказуемым – подъем в семь, в школу к восьми, бейсбол с трех до четырех, игры по субботам и сон по воскресеньям. Мы справлялись. У нас не было помощников, но мы с Марселой по очереди занимались ребенком, и я выкраивал такое необходимое «личное» время.
Однако второй ребенок сломал все расписание: теперь мы оба постоянно были на дежурстве. Если один куда-то уходил, второму приходилось оставаться с ребенком, и уже не скроешься в баре или на репетиции с группой. Но, несмотря на то, как сильно появление Тео повлияло на наше расписание, я не мог представить жизнь без него. Он был нашим Маленьким Буддой – нежным и улыбчивым, с огромными любопытными глазами. Да, он перевернул нашу жизнь вверх тормашками, но что хорошего в том, чтобы все время стоять в правильном положении?
Я усадил Тео по центру кровати, чтобы он не скатился, и снял с него штаны. Подгузник слегка подтек, но мы всегда держим в сумке с подгузниками запасную одежду. Эта сумка – прямо небольшая квартира, в ней есть все: одежда, перекус, игрушки, книги, детский шампунь, пеленальный коврик, носки, соски и, конечно же, подгузники. Запасная одежда лежала на дне, и, чтобы до нее добраться, пришлось вывалить все содержимое на покрывало. Обычные сумки для подгузников продаются с множеством удобных карманов, но жена предпочитает красоту, а не удобства, поэтому хорошо, что в моем распоряжении целая кровать.
– Я этим займусь, – буркнула вошедшая жена, увидев беспорядок. – Иди лучше к сестре.
Я списал дурное настроение жены на долгую поездку. Ну ладно, и еще на то, что она не получила миллионы, на которые рассчитывала. Конечно, не стоило говорить ей, что мы получили деньги. Но я подумал, она немного позлится и успокоится, жизнь вернется на круги своя, а эта ложь потихоньку забудется. Правда, как оказалось, у Марселы была собственная пороховая бочка с секретами, и моя нелепая ложь подожгла фитиль. |