– Ну, мы точно остановимся в ее доме, – заверила я.

Мы пока не сказали сыну, что его бабуля умерла, надеясь, что он лучше воспримет эту новость во время поездки в Диснейленд, которую бабуля оплатит с небес.

– Ее там не будет? – уточнил он, когда я вручила ему чистую футболку и штаны.

– Это сюрприз, – ответила я. – А теперь одевайся, пока я приготовлю завтрак.

Я поменяла Тео подгузники, пристегнула его на высоком стуле и дала горсть кукурузных хлопьев, чтобы заняться оладьями для его старшего брата. Опустив две замороженные сосиски на сковородку со скворчащим маслом, я поежилась при мысли о том, что за поганый человек захочет резать собственных детей на запчасти. Я серьезно. Что за поганая сука может попросить собственного сына отдать ей почку? А потом притвориться мертвой, чтобы наказать его за отказ!

– Зандер! – крикнула я. – Завтрак готов!

Пока сын впивался в оладьи, я взяла телефон и набрала сообщение: «Я еду в Лос-Анджелес».

Мы с Чарли были женаты восемь лет, но зуд седьмого года начался, прежде чем мы добрались до этой грозной вехи. Со смущением должна признать, что встретила любовь всей своей жизни на нашей свадьбе. Я не ожидала, что когда-нибудь сделаю шаг навстречу, просто так уж случилось. А потом случалось все снова и снова.

«Пожалуйста, не надо», – последовал ответ.

Да, Луиза было щедра к нам с Чарли. Мы никогда не просили ее устраивать роскошную свадьбу, она сделала это, чтобы угодить собственному эго. Нас устроила бы и простая церемония на пляже, с босыми ногами и лентами в волосах. Но Луиза настояла на том, чтобы пригласить многочисленных родственников и друзей. Меня большинство гостей не интересовали, и я их просто игнорировала. Кроме одного.

Через пару секунд телефон зазвонил. Собравшись, я ответила.

– Заканчивай есть и убери тарелку в посудомойку, – велела я семилетнему сыну и вышла из кухни, чтобы поговорить.

– Привет, – сказала я в трубку, заходя в гостиную. Усевшись на подлокотник дивана, я держала в поле зрения Тео. Мне хотелось уединиться, но при этом приглядывать за детьми, так что приглушенный шепот в другой комнате сгодится.

– Возникли проблемы, – произнес голос в трубке.

– Я так и поняла.

Зандер встал и выбросил недоеденную оладину в мусорку. Осталось только вытереть стол, и можно ехать.

– Значит, Чарли тебе рассказал? – спросил он.

– Что моя свекровь чокнутая? Я и так это знала. – Я приглушила звук и крикнула Зандеру: – Обувайся, малыш.

– Если ты собираешься приехать ко мне, этому не бывать, – заявил голос в трубке.

Ему не хотелось, чтобы я приезжала, потому что знал – он не сможет устоять. Нет смысла притворяться.

– Мы не знаем, что может случиться, – сказала я. – Думаю, события последних суток это ясно показали.

– Прошу тебя, Марсела, – взмолился он, – положение и без того сложное.

Я поняла, почему он меня отталкивает. Ему жаль Чарли. Они ведь кузены и довольно близки. И его преданность – это так мило. Но бесполезно отрицать, что мы любим друг друга. И любовь никуда не денется. А если моя свекровь все-таки останется мертвой, наконец-то настанет наше неизбежное совместное будущее. Чарли получит половину денег, я разведусь с ним и получу половину от них. За один день стану миллионершей. Ура-ура!

– Увидимся черед два часа, – отрезала я и завершила разговор.

– Я готов! – Зандер появился в гостиной в кроссовках «Найк».

– Будь хорошим мальчиком и садись в машину.