– Может, пойдем отсюда? – спросил я, и в ответ она дала мне свой адрес.

Почти всю дорогу я следовал за ней, но, когда мы съехали с шоссе, в приступе оптимизма вспомнил, что не захватил презерватив, и, якобы свернув не туда, сделал быструю остановку у аптеки, потому что, хотя в таких делах не стоит быть самонадеянным, только идиот оказался бы не готов.

Шагнув к ее крыльцу, я дважды проверил адрес и тихо постучал. Я был уверен, что Эшли ждет меня с другой стороны двери, но через тридцать секунд, когда она так и не открыла, постучал чуть громче.

Я уже испугался, что перепутал адрес или она передумала, как дверь со скрипом открылась. Однако Эшли не пригласила меня войти, а выскользнула на крыльцо и закрыла дверь.

– Прости, – сказала она, сжав мою руку.

Выглядела Эшли взвинченной, и я вдруг пожалел, что заехал в аптеку.

– Что-то не так?

– Дело в моем соседе, – начала она и замолчала, а я задумался – то ли она смущена, что приходится рассказывать о соседе, то ли между ними что-то произошло. – Я думала, мы будем одни.

Мне в голову тут же пришло решение:

– Может, поедем ко мне?

Она взяла мою руку и приложила ее к обнаженной коже чуть выше груди. Я чувствовал биение ее сердца, колотящегося в одном ритме с моим. Но только я собрался наклониться и поцеловать ее, как дверь снова открылась. Я быстро убрал руку.

– Привет, я ее сосед, – сказал мужчина, даже не остановившись пожать руку. – Желаю хорошо провести время.

Зажглись габаритные огни, и через мгновение он уехал. Я жаждал сейчас же наброситься на нее, но она выглядела расстроенной, и мне не хотелось давить. Как бы поступил Нейтан 2.0?

– Может, я позвоню тебе завтра? – предложил я.

На ее глаз упала прядь волос. Я протянул руку, чтобы убрать волосы с лица, и Эшли приподняла подбородок. Я не мог не украсть поцелуй, пусть Нейтан 2.0. катится к черту.

– Конечно, – ответила она, выворачиваясь из моих жадных рук, – но сегодня не смогу, прости.

Если б я так не изнывал от желания, то не забыл бы спросить, что за прослушивание устроила для нее Луиза. Потому что стремление тети помочь кому-то, тем более незнакомке, выглядело на редкость странно… Причем это уже третья странность за один вечер, после того как она объявила, что хочет изменить завещание, и показала мне свою «похоронную» папку.

По дороге домой у меня было время поразмышлять над своими подозрениями, но вместо этого я подпевал «Бисти бойз» и фантазировал о следующей встрече с Эшли, которая, как я надеялся, будет завтра у меня и без назойливого соседа.

На следующее утро, когда я увидел пропущенный звонок с неизвестного номера, у меня появился еще один мотив для подозрений. Когда мне звонили? Я был слишком погружен в свои мысли, чтобы встревожиться, и, не прослушав сообщение, пошел в душ. Кажется, я пел даже там. Скорее всего, «Cum On Feel the Noize». По глупости мне казалось, что такое отличное настроение ничто не способно испортить, вот каким безмозглым я был.

Я вытерся, натянул боксеры и взял телефон. Запись на автоответчике была сделана в шесть часов пятьдесят две минуты. В любой другой день это меня насторожило, но в это утро у меня был иммунитет к плохим новостям. Однако чувство неуязвимости испарилось, как только я нажал на воспроизведение.

«Здравствуйте, меня зовут Сильвия Эрнандес».

Откуда я знаю это имя? Ах да. Медсестра Луизы.

«Мне жаль сообщать вам об этом, но у меня печальная новость. Очень печальная».

Ее голос задрожал. Она плакала.

И я понял, что с моей тетей произошло самое страшное, что только может случиться с человеком.