– В щеку.

– Да ладно, Рыжий. Всего‑то?

– Да.

– Второй раз ты встретился с ней за два дня до Рождества, так?

– Так.

– Танцы в «Эль Кортез», так?

– Так.

– Мягкое освещение, выпивка, ненавязчивая музыка, и тут ты и взял быка за рога, так?

– Черт побери, прекратите говорить «так»!

Я попытался ее поцеловать, но она завела эту пластинку о том, что не может со мной спать, потому что отец ее ребенка должен быть военным героем, а я всего лишь военный музыкант. Она просто свихнулась на этом. Только и твердила об этих долбаных военных героях.

Миллард встал.

– Почему это долбаных, а, Рыжий?

– Потому что я знал, что все брехня. Она говорила, что была замужем за таким‑то, была помолвлена с тем‑то, но я‑то знал, что она просто пыталась меня унизить, потому что я никогда не нюхал пороху.

– Она называла какие‑то имена?

– Нет, только звания. Майор, капитан, как будто мне должно быть стыдно за то, что я всего лишь капрал.

– И ты ее за это ненавидел?

– Нет! Не надо мне ничего приписывать!

Миллард расправил плечи и сел.

– После того, второго свидания, когда вы встретились снова?

Мэнли вздохнул и положил голову на стол.

– Я говорил вам об этом уже три раза.

– Сынок, чем скорее ты расскажешь об этом еще раз, тем быстрее ты пойдешь домой.

Мэнли поежился и обхватил себя руками.

– После того второго, свидания я не получал от нее никаких вестей вплоть до восьмого января, когда в офис пришла эта телеграмма. Там было сказано, что Бетти хотела бы со мной встретиться во время моей следующей поездки в Сан‑Диего. Я послал ей ответную телеграмму и сообщил, что буду там на следующий день и тогда мы встретимся. Мы встретились, и она вдруг стала умолять, чтобы я отвез ее в Лос‑Анджелес. А я сказал...

Подняв руку, Миллард остановил его:

– Она сказала, почему ей надо в Лос‑Анджелес?

– Нет.

– Она не сказала, что ей надо с кем‑нибудь там повидаться?

– Нет.

– Ты согласился ее отвезти в надежде, что она будет с тобой спать?

Мэнли вздохнул:

– Да.

– Продолжай, сынок.

– В тот день я взял ее с собой поездить по городу. Пока я встречался с клиентами, она ждала в машине. На следующий день у меня было запланировано несколько встреч в Оушенсайде, поэтому мы провели ночь там, в одном из мотелей и...

– Сынок, повтори еще раз название мотеля.

– Он назывался «Рог Изобилия».

– И в ту ночь Бетти тебя опять продинамила?

– Она... она сказала, что у нее месячные.

– И ты поверил этой старой сказке?

– Да.

– Это тебя разозлило?

– Черт подери, я ее не убивал!

– Ш‑ш‑ш. Ты спал в кресле, а она на кровати, так?

– Так.

– А утром?

– Утром мы поехали в Лос‑Анджелес. Бетти ездила со мной на встречи и пыталась занять у меня пятерку, но я ей отказал. Затем она стала плести про то, что должна встретиться со своей сестрой у отеля «Билтмор». Она меня уже порядком достала, поэтому вечером я высадил ее у «Билтмора». Где‑то в районе пяти часов. После этого я ее не видел. Ну, за исключением той фотографии в газете.

Миллард спросил:

– Значит, последний раз ты виделся с ней в пять часов, в пятницу, десятого января?

Мэнли утвердительно кивнул. Глянув прямо в зеркало, через которое мы наблюдали, Миллард поправил галстук и вышел из комнаты.