– А этот мексиканец дал Бетти бинокль?

– Да, – пробормотала Лорна, опустив голову на плечо Милларда.

– Ты помнишь, как выглядела его машина? Марка, цвет?

– Кажется... она была черная и старая.

– Помнишь, в каком баре ты с ним встретилась?

Лорна подняла голову. Я увидел, что слезы уже высохли.

– Кажется, на Авиэйшн‑бульвар, рядом с этими авиационными заводами.

Я тоскливо охнул; в этой части Гардены находилась целая сеть дешевых магазинчиков, карточных салонов и борделей, работавших под крышей полицейских. Гарри спросил:

– Когда ты в последний раз видела Бетти?

Лорна опять пересела в свое кресло. Она едва удерживалась, чтобы не расплакаться снова – трудная задача для подростка.

– Последний раз я видела ее две недели спустя. Как раз перед тем, как она съехала с Оранж‑драйв.

– Ты не знаешь, встречалась ли Бетти еще с этим мексиканцем?

Лорна сковырнула осыпающийся с ногтей лак.

– Мексиканец был залетным типом. Он нам заплатил, отвез назад в Лос‑Анджелес и смылся.

Тут вклинился я:

– Но ты ведь виделась с ним еще? Он никак не мог сделать копию фильма до того, как вы уехали из Тихуаны.

Лорна снова принялась изучать свои ногти.

– Я как раз искала его в Гардене, когда прочитала в газетах про Бетти. Он в то время собирался в Мексику, и я попросила его сделать мне копию фильма. Понимаете... он не читал газет и не знал, что Бетти вдруг стала знаменитой. Ну... я поняла, что фильм с участием Черной Орхидеи будет стоить дорого и, если полиция попытается выслать меня обратно к родителям, я смогу продать его и нанять адвоката, который бы оспорил мою высылку. Вы ведь мне его отдадите, правда? Вы ведь не разрешите другим людям смотреть этот фильм?

Устами младенца...

– Ты поехала в Гардену и нашла там этого мужчину?

– Угу. То есть да.

– Где?

– В одном из баров на Авиэйшэн.

– Можешь описать место?

– Там было темно, над входом горел яркий свет.

– И он сразу отдал тебе копию фильма? За просто так?

Лорна опустила глаза.

– Я обслужила его и его дружков.

– Может, тогда, получше его опишешь?

– Он толстый и у него малюсенький член! Он – урод и его дружки – тоже!

Миллард кивнул Сирзу на дверь; Гарри тихо вышел. Расс продолжал:

– Мы постараемся сделать так, чтобы твое признание не попало в газеты, а фильм мы уничтожим. Еще один вопрос, прежде чем инспектор отведет тебя в твою комнату. Если мы привезем тебя в Тихуану, как ты думаешь, ты сможешь узнать тот дом, в котором снимали фильм?

Отрицательно помотав головой, Лорна сказала:

– Нет. Я не хочу ехать в это ужасное место. Я хочу домой.

– Чтобы тебя побил отец?

– Нет, чтобы снова сбежать.

Сирз вернулся с инспекторшей, которая увела грубую/нежную/жалкую/вздорную Линду/Лорну. Оставшись втроем, мы переглянулись; я чувствовал, что горечь девочки передалась и мне. Наконец старший по званию спросил:

– Какие комментарии?

Гарри начал первым:

– Она недоговаривает про мексиканца и тот дом в Тихуане. Возможно, он избил ее, а потом изнасиловал, и теперь она боится мести с его стороны, если он узнает о нашем разговоре. В остальном я ей верю.

Расс улыбнулся:

– А ты, герой, что скажешь?

– Она покрывает мексиканца. Думаю, он с ней периодически трахался и теперь она его защищает. Также держу пари, что парень – белый, а рассказ про мексиканца – это прикрытие, придуманное, чтобы упоминание о порно, снятом в Тихуане, прозвучало более убедительно.