По прошествии следующего часа меривший шагами кабинет Кареев решительно подошёл к телефону… И в этот момент внизу зазвонил колокольчик. Никодим тотчас открыл, и прихожая сразу наполнилась шумом: гулом голосов, чьим-то заливистым смехом, громким стуком каблуков об пол – видимо, счищали снег.

Полковник вышел на лестницу, к гостям:

– Здравия желаю, господин Городской Голова, – он чуть склонил голову, протягивая руку, – Здравствуйте, господин Бангин… Добрый вечер, господин Фигуров… Слава Богу, добрались… а то я уже собирался поднимать своих людей. Погода-то лихая, а?

– Нормальная погода, господин Кареев, – смеясь, ответствовал Бангин, – Только сыро. А это ваше чудо техники, автомобиль, застрял в первом же сугробе! Пришлось тащиться пешком.

Гости расселись за столом. С аппетитом закусили, подождали, когда Никодим принесёт горячий грог и табак.

– Собственно, у нас к вам огромное срочное дело, господин полковник, – раскуривая трубку, произнёс Дон Базильев, с недавних пор возглавивший правительство свободного города Ледограда, – Оно касается следующего…

Дело касалось сотрудничества между ледоградской полицией и инопланетной организацией, представляемой полковником Бангиным. Необходимо было в кратчайшие сроки подготовить всё необходимые документы для расследования уголовного дела, возбуждённого в отношении Шрайдера и его шайки. Как предполагал Бангин, в Ледограде можно было отыскать значительное число свидетелей по фактам преступлений, совершённых Крановым и Приходько. Да и Кузьмой Кубороговым тоже. А ведь все они были связаны со Шрайдером. Эту связь и предстояло доказать в ходе совместной работы.

– Кто будет координировать деятельность? – внимательно выслушав Бангина, спросил старый полковник.

– У моей организации уже есть весьма достойный кандидат на это место.

– И кто же это?

– Вы, господин Кареев!

Полковник усмехнулся в усы…

Дон Базильев поздравил его и в свою очередь попросил кратко поведать о ходе расследования.

– Избиратели прислали запрос о ходе борьбы с преступностью, – развёл руками Базильев, – Я думаю, наш общий друг господин Фигуров удовлетворит их вполне законное желание… С ваших слов, конечно…

– У вас тоже такие прыткие журналисты? – улыбнувшись, Кареев взглянул на Бангина.

– Что вы, полковник, – махнул рукой тот, – Гораздо, гораздо хуже!

Кареев задумался. Не всё ещё можно было рассказывать, далеко не всё. Ещё таились по дальним урочищам остатки крановских банд да и в самом Ледограде тайные агенты видели людей Приходько.

Беседа затянулась до утра. Дотошный журналист до того дорасспрашивал бедного полковника, что тот аж раскраснелся и даже чуть было не вставил в речь бранное слово, чего не случалось с ним уж лет двадцать. Да и что он мог сказать? Нет, по делам, непосредственно касающихся Ледограда, всё было в относительном порядке. В обмен на смягчение приговора Кузьма Куборогов согласился дать показания о своих связях с Крановым, самому же Кранову, как и Приходько, вчера было предъявлено обвинение в организации террористических банд и незаконных махинациях с избирательными бюллетенями. Они, правда, его не признали, ни полностью, ни частично, и громко заявили о нарушении прав подозреваемых ледоградской юстицией. Ну, впрочем, этого и следовало ожидать.

Что же касается связей со Шрайдером, то здесь всё было глухо. Все трое помалкивали, быстро смекнув, что тут пахнет не только местным родным судопроизводством, но и кое-чем похуже. Предстояло искать свидетелей. Кое-что мог рассказать сам Бангин, кое-что Фианга – но они были офицерами, непосредственно связанными с этим делом, потому любой адвокат мог спокойно выразить недоверие их показаниям.