– Разве ты не обязан отработать три года после распределения?

– У моей мамы сестра работает в областной больнице. Она сделает справку, что я по состоянию здоровья не могу работать на хлебозаводе, что у меня развилась аллергия на мелкозернистую пыль, на муку, проще говоря. Родители уже проконсультировались с кем надо, говорят, проблем быть не должно. Так ты подскажешь, стоит в Москву ехать или нет?

– О МГИМО даже не думай, об МГУ не знаю, но думаю, что зря штурмовать столицу не стоит. Москва – город дорогой, количество блатных отпрысков на квадратный метр превышает все мыслимые пределы. Так что если поедешь, то готовься там быть изгоем, тупой деревенщиной из провинции. Кстати, как твои родители отнеслись к таким метаниям?

– Сказали: поддержат, потерпят еще пять лет, пока я на ноги не встану. Ладно, хватит обо мне. Давай об иностранцах. Без всякого хвастовства скажу, что сейчас я лучший специалист по африканцам в нашем городе. Они живут замкнутой диаспорой, чужих в свои дела не пускают, а мне удалось если не подружиться с ними, то хотя бы понять их менталитет и взаимоотношения.

Полысаев поправил очки, точь-в-точь как у Шурика из «Кавказской пленницы», и продолжил рассказ тоном лектора всесоюзного общества «Знание»:

– Вначале я объясню, почему слово «негр» нежелательно говорить в присутствии африканцев. Все началось в США после окончания Второй мировой войны. Бывшие чернокожие солдаты возмутились своим положением в обществе: «Как кровь проливать, так мы обычные американцы, а как в университеты поступать, так граждане второго сорта?» В Америке началась смута, брожение, борьба за полную отмену расовой сегрегации. Кульминацией этой борьбы стало убийство Мартина Лютера Кинга в 1968 году. После серии погромов американский президент сказал примерно так: «Ребята, а чем вы, собственно говоря, недовольны? По Конституции у всех нас равные права. Или для вас надо отдельную Конституцию написать?» Следом выступил Великий Дракон Ку-клукс-клана от штата Техас: «Кому не нравятся наши законы, могут уехать назад, в Африку. Билеты на пароход мы вам купим». Чернокожие послали его куда подальше, возвращаться на землю предков отказались. У них уже был опыт построения демократического государства в Африке.

К 1970 году сложилась патовая ситуация – требовать-то афроамериканцам больше было нечего, все законы были на их стороне. А то, что в некоторых штатах у чернокожих не складывались отношения с белыми согражданами, тут власти ничего поделать не могли. Бытовой расизм президент своим указом не отменит, школьникам в южных штатах за одной партой с африканцами сидеть не прикажет.

Тогда у руководства движения за права афроамериканцев появилась новая фишка – придираться ко всему, что, на их взгляд, намекало о рабстве или расизме. Всплыло слово «негр». Оно означает представителя негроидной расы, чернокожего, с характерными чертами лица. Никакого скрытого смысла в нем нет. Что поразительно, сами африканцы до начала американской смуты против него ничего не имели. В Африке есть страна Нигерия, река Нигер и государство Нигер. Слово «ниггер» на американском жаргоне унизительное, американские негры против него восстают всеми фибрами души, а жителям Нигера на различие в правописании наплевать.