— Ох, извините, — в смущении произнес он. — С вами все в порядке?

— Со мной-то все нормально, а вот как с вами?

Он улыбнулся, и улыбка мгновенно преобразила его лицо: этот Эллиот определенно Кэтлин нравился.

— Мы все время ссоримся.

— Неужели? — переспросила она. — У вас, должно быть, интересные отношения. Вам не приходится скучать, — и отправилась в дамскую комнату. Делать ей там было совершенно нечего, и она принялась читать надписи на стенах. «Он из тех, кто разбивает все сердца», — читала она. Ниже, другим почерком, было подписано: «Неужели? Дайте номер справочника».

Затем внимательно оглядела себя в давно немытом зеркале и вышла. Эллиот остановил ее на пути к бару.

— Почему бы вам не выпить со мною?

— А почему я должна это делать?

— Да потому что мне бы этого очень хотелось.

— Хорошо, по крайней мере, вы ответили честно, — она улыбнулась. — Ладно, по-моему, вы действительно должны мне угощение, — и махнула бармену, который принес ее коктейль. — Расскажите-ка мне о своей подружке.

— О Полли? — Он засмеялся. — На нее лучше смотреть, а не слушать.

Кэтлин изобразила искренний интерес:

— Тогда почему вы с ней встречаетесь? Вы не производите на меня впечатление человека, довольствующегося малым.

Эллиот, с которым женщины еще никогда в жизни так серьезно не разговаривали, смутился:

— Ну, я с ней не так уж, чтобы и встречаюсь... Извините, я не представился. Меня зовут Эллиот Макоумер.

Она заметила, что он внимательно ее разглядывает: проверяет реакцию на известное имя? Он явно хочет, чтобы его принимали как такового, а не как сына своего отца.

Она протянула ему руку:

— Кэтлин Кристиан, — лицо ее было безмятежно: она ничем не выдавала своего знакомства с этим именем. — А что, если вы пригласите меня на ленч?

— Может, ты хочешь к Мелоди? — спросил Трейси, когда они выходили из ресторана.

— Ни в коем случае, — Туэйт поморщился. — Не хочу, чтобы она меня таким видела. Все ее материнские инстинкты заработают на всю катушку.

Трейси искоса глянул на него:

— А, может, это не так уж и плохо? Ты же говорил, что она очень специфическая женщина.

— Значит, я врал, — отрезал Туэйт. Потом подумал и произнес: — Кажется, сейчас поздно звонить Уайту. Очень бы хотелось поскорее получить те снимки, — он старательно избегал смотреть Трейси в глаза. Да и говорил уже с трудом.

— Я бы тоже не прочь. Только, думаю, нам обоим сейчас не повредит немного сна, фотографии подождут до утра.

— Конечно, подождут, — Туэйт покачнулся, и Трейси пришлось подхватить его под локоть. — Да кого я обманываю? — вопросил Туэйт пространство. — Конечно, хорошо бы поехать к ней. — Он изо всех сил старался держаться прямо. — Она целуется лучше, чем ты. И поумнее тебя будет. Ты отличный парень, но в постели с ней лучше!

И вот теперь, утром, он со стоном спустил ноги с покрытого простынями дивана в гостиной. Трейси уже проснулся и хлопотал на кухне. Войдя в комнату, он увидел, что Туэйт сидит на краю дивана, и смотрит в пол.

Трейси поставил на стеклянный журнальный столик дымящуюся кружку с кофе, но Туэйт на нее даже не взглянул.

Лорин сегодня ушла рано, у нее был утренний класс. Она вообще всю неделю репетировала по утрам, и каждый раз после ее ухода Трейси казалось, что дом пустел. По правде говоря, это ощущение ему не нравилось.