— Говорите же, заклинаю вас, говорите.

Леа медленно покачала головой.

Впервые в жизни он боялся… боялся за нее. Он знал, что она должна была говорить, добровольно или по принуждению. Пытки были ему отвратительны, он считал их недостойными солдата, но остальные… Например, Роза Шеффер…

— Дайте мне сигарету.

Он поспешно протянул ей пачку «Каррингтон».

— У вас больше ничего нет? — спросила она, вытягивая сигарету из пачки.

— Благодаря регистрационному номеру, указанному свидетелем, мы выяснили имя владельца машины: это богатый виноторговец из Чили Раймондо Наварро, постоянный посетитель «ABC». Когда он приезжает в Буэнос-Айрес, то по вечерам пьет пиво с бывшими гестаповцами. Он — большой друг Генриха Дорже, бывшего до войны советником Центрального банка Аргентины, и Людвига Фреде. Нам известно, что именно Фреде было поручено укрывать нацистские сокровища. Некоторые наши информаторы утверждают, что часть этих сокровищ находится в Чили в руках главарей секретного нацистского общества.

Франсуа Тавернье ходил взад-вперед по комнате, внимательно слушая доктора. В углу Амос Даян и Ури Бен Зоар готовились к бою.

— В настоящее время Раймондо Наварро вне досягаемости. Мы знаем, что он часто наведывается в усадьбу в ста километрах к северу от столицы. Два наших агента отправились туда. Если они найдут эту усадьбу, то сообщат нам по радиосвязи. Пока же нам надо разойтись. Леа знает этот адрес… У меня есть небольшой домик у реки в Санс Исидро, это дом родителей моей жены. Я почти уверен, что он не известен ни полиции, ни нашим врагам. Там есть лодка с мотором. Так что в случае нападения мы сможем бежать. Недалеко от церкви в Сан-Исидро находится магазинчик. Его хозяева — наши друзья. Это одно из мест, где мы встречаемся. К вечеру мы обо всем сообщим туда. Пароль: «Где находится дом священника?» Надо ответить: «Святого отца нет дома». Сегодня во второй половине дня на площади Майо будет проходить демонстрация железнодорожников. Мы думаем, что под прикрытием этого мероприятия Роза Шеффер выйдет из своего убежища. Многие наши люди дежурят у ее дома и в окрестностях. С ними Сара.

— Сара?.. Но это же безумие. Роза Шеффер сразу же узнает ее, — сказал Тавернье.

— Мы ей не раз говорили об этом, но ничто не заставило ее изменить свое решение. С ней Самюэль.

31

Молодая блондинка в черных очках, полностью скрывавших ее глаза, наблюдала, как люди в рабочих комбинезонах собирались на площади Майо. Оттуда до нее доносился глухой навязчивый звук.

Роза Шеффер ушла с улицы Эсмеральда и зашла в церковь Маипу. Блондинка последовала за ней, но почти сразу же вышла. Она сделала знак мужчине, и он тоже вошел. Чуть позже две монахини и священник покинули церковь. Несмотря на этот маскарад, Сара узнала Розу Шеффер, которая не обратила на нее никакого внимания, хотя и столкнулась с ней нос к носу. Один из двух мужчин был, должно быть, Бартелеми.

Проспект Майо был заполнен толпой, размахивающей флажками и скандирующей перонистские лозунги. Барабанный бой придавал демонстрации драматический оттенок. Крики усиливались. Хуан Перон и Эва только что появились на балконе Каса, Росада. Собравшиеся скандировали имена президента и его жены под барабанный бой:

— Перон!.. Эва!..

Стояла невыносимая жара. Пот градом струился по голове Сары под париком.

В парке Колон народу было не меньше. Недалеко от Луна-парка Сара увидела Самюэля. Кто-то толкнул ее и прошептал:

— Внимание, их машины здесь.