Максим с трудом успокоился. Натер лицо и шею снегом, глубоко подышал, вспомнив кое-что из уроков бойцов спецподразделений. Как бы то ни было, случившееся этой ночью можно было считать уроком, который им преподала жизнь. Его стоило освоить, запомнить и извлечь суть, чтобы в будущем не допустить или избежать подобного.

Он свернул на дорогу, ведущую к фермам. Сеновалы сгорели. От них уже и дым не поднимался. Сухое сено прогорело как порох. Зато фермы выглядели целыми. Возможно, враги решили, что скотина и сама долго не протянет без корма. Они были правы, сено было почти единственным кормом для них. Зерно давали изредка. От него коров начинало пучить и пару раз даже с летальным исходом. Перед смертью животное очень мучилось, так что пришлось с этим питанием быть более осмотрительными.

Максим прибавил шагу. От ферм тянуло навозом и теплой сыростью. Он заглянул внутрь. Коровы находились внутри и были живы. Увидев знакомого человека, они вытянули вперед морды и начали мычать, пуская облака пара. Максим погладил некоторых из них и прошел в другой конец фермы. На противоположной стороне он увидел пустую привязь возле которой темнела кровь. Огромную лужу спекшейся крови, вперемежку с соломой, успевшую стечь в желоб для навоза. Затем он увидел следы волочения, ведущие на улицу. Максим пошел по ним и выглянул на улицу через щель в воротах.

Три человека в военной форме разделывали тушу коровы, испачкав в ее крови снег вокруг себя. Максим замер в испуге, не зная, что делать. Видимо, коров не пустили в расход, желая забрать их мясом. Максим посмотрел по сторонам, насколько позволяла щель и увидел стоящую неподалеку БМП с длинной тонкой пушкой и прицепом, переделанным из тракторной телеги. Он услышал голоса других мужчин, не занятых разделыванием туши.

Максим попятился от ворот назад, думая только о том, как не обнаружить себя. Тьма, снова почуяв прорехи в человеческой психике, устроила ему представление. Пол под ногами заволновался, почернел, растворился в бездонной бесконечности. На него было страшно поставить ногу. Из тьмы полезли бледные когтистые пальцы, похожие на человеческие, но безумно отталкивающие своей мертвенностью. Максим, оглушенный наваждением, оступился и упал, громыхнув оружием о железную трубу коровьей кормушки.

Ворота распахнулись. Наваждение, под действием света, ослабло. Максим увидел на свету, на фоне яркого белого снега, силуэт мужчины с автоматом в руке. Наверное, он не увидел Максима в потемках помещения, иначе вскинул бы оружие, увидев в его руках автомат. Максим спрятался между коров, выглянул и выставил перед собой оружие.

— Эй, кто здесь? — Выкрикнул во тьму фермы мужчина.

— Да кто там будет, Лешкан. Сбежали все в лес. — Успокоил его напарник, разделывающий корову. — Не ходи туда один, заморочит.

— Не заморочит, я под анестезией. — Ответил мужчина, которого назвали Лешканом.

— Когда ты успел?

— Я всегда всё успеваю. — Он прижал приклад автомата к плечу и медленно двинулся по проходу, водя стволом из стороны в сторону.

Максим не двигался, держа мужчину на прицеле и совершенно не зная, как выпутаться из этой нелепой и опасной ситуации. Он не желал ни в кого стрелять, и тем более убивать. Боевой задор в реально опасной ситуации мгновенно иссяк, осталось только желание разойтись миром, не тая злобы.

Корова, за которой он прятался, неожиданно подняла хвост и начала громко опорожняться. Лешкан рефлекторно дернулся на звук, направив в его сторону ствол автомата. Его взгляд встретился с взглядом Максима. Зрительная дуэль продлилась недолго. Где-то рядом громко топнула копытом корова, словно дала старт оружейной дуэли. Оба оружия выстрелили одновременно. Автомат Максима, поставленный на одиночную стрельбу, трижды лязгнул затвором.

Мужчина и корова, за которой прятался Максим, повалились на пол.