– Кто такие? – прохрипел человек. – Чего вынюхиваете?

– Сталкеры, – отозвался Тихий.

– Обычные бродяги, – подтвердил Гриф. – Мы испугались огромной многоножки. Вот и спрятались.

– Правильно сделали, что испугались, – с явной ноткой издевки произнес незнакомец. – Люська не любит чужаков. А больше всего она ненавидит людей Теодора.

– Погоди, – произнес Тихий. – С чего ты взял, что мы работаем на этого отморозка?

– Другие с той стороны не приходят.

– Мы обычные сталкеры, – затараторил Гриф. – А Теодора недавним Всплеском накрыло.

– Ты че мне чешешь?! – возмутился незнакомец, уткнув холодный ствол в затылок сталкера.

Тихий, поняв, что напарник старается заболтать держащего их на мушке человека, решил действовать.

Мысленно сосчитав до трех, сталкер резко развернулся, схватился за ствол автомата, направляя его в землю, и, воспользовавшись замешательством оппонента, ударил его тяжелым ботинком в живот.

Толстяк, одетый в какое-то рванье, громко ахнул, выпучив глаза, согнулся. Прогремел одиночный выстрел. Пуля ушла в почву.

Второй удар, прикладом по затылку, нанес Гриф, окончательно отключая противника.

– Вот ведь… – произнес парень, глядя на незнакомца.

Обычный бродяга, мордатый, рябой. В форме, но старой, замасленной до неузнаваемости.

– На бомжа похож, – выдал свой вердикт Гриф.

– Нужно уносить ноги, – произнес Тихий, глядя на растянувшегося на траве человека.

– Этого тоже прихватим, – буркнул напарник. – Придет в себя, разговорим. Уверен, он много интересного расскажет. К тому же, кажется, он эту многоножку знает. Если что, живым щитом будет.

– Твоя правда, – согласился Тихий.

Осмотревшись, он снял с пояса нож и ловкими движениями срубил несколько развесистых еловых лап. Перевязав черенки веревкой, соорудил некое подобие носилок.

– Знатно отожрался, – кряхтя, пожаловался Гриф, помогая другу перекладывать толстяка.

Послышались чьи-то голоса. Все же обитатели кладбища техники услышали выстрел и теперь торопились выяснить, что произошло.

– На носилках не пойдет. Вычислят в два счета. – Тихий взглянул на худощавого напарника и обреченно покачал головой. – Подсоби.

Закинув незнакомца на плечи, сталкер охнул. Тот весил не менее полутора центнеров. Нести его не хотелось, но теперь уже было без вариантов. Если этот толстяк принадлежал к группе преследователей, то его можно было обменять на что-то ценное. Например, на свою свободу.

Стиснув зубы, быстро, насколько это было возможно, Тихий зашагал в чащу леса. Гриф, схватив автомат вырубленного бугая, немного разметал по сторонам сухие еловые иглы в надежде скрыть следы и бросился вслед за напарником.

* * *

«Чем дальше в лес, тем больше аномалий», – гласит сталкерская народная пословица. «И ведь не поспоришь!» – хмыкнул про себя Гриф, разглядывая едва уловимые колебания воздуха метрах в десяти впереди.

Сбросив с себя тяжелую ношу, Тихий, тяжело дыша, буквально рухнул под деревом, утирая мокрое от пота лицо. Преследователи были, похоже, плохими следопытами. Сталкеры смогли оторваться от них, но из-за этого отклонились от намеченного маршрута.

Толстяк, придя в себя, закряхтел. Заметив это, напарники направили на него стволы. Бывший захватчик, упершись ладонями в землю, медленно приподнялся, мотнул головой, поджал ноги и, наконец, повернувшись, уселся под деревом.