Стил и Лефлер тоже переживали неприятные моменты. Лютер пытался оттащить друга в укрытие.

Левой рукой Холден вытащил «Магнум», а правой яростно массировал раненую ногу. Между вагонами появились еще двое «ударников» и тут же открыли огонь. Дэвид дал несколько выстрелов, и один из них упал.

Пули свистели над его головой, грохот давил в уши. Перестрелка продолжалась еще с минуту. Холден нащупал на поясе последнюю из своих дымовых гранат и бросил ее в проем между двумя вагонами. Густой дым окутал солдат, прятавшихся там.

Выпустив еще несколько пуль, Холден перезарядил револьвер и поднялся на ноги. Было больно, но, по крайней мере, он сумел это сделать. Значит, рана не настолько серьезна.

Прихрамывая, он двинулся к вагонам. Стил и Лефлер — уже в относительной безопасности за какой-то кочкой — поддерживали его огнем. Холден был уже у вагона, который находился справа от него. Надо было подниматься на крышу. С каждой секундой шансов выжить у заключенных офицеров оставалось все меньше и меньше.

Подтянувшись на руках. Дэвид поднял голову над уровнем крыши. Он увидел солдата, который увлеченно палил из своего автомата через доски, расстреливая людей в вагоне.

— Сдохни, сука, — процедил Холден сквозь зубы.

Револьвер в его руке подпрыгнул, и «ударник» — пораженный в голову — слетел с крыши.

Огонь с земли усилился. Повернувшись, Холден увидел, что Стил тоже бежит к вагонам, а Лефлер и кто-то из женщин обеспечивают ему огневую поддержку.

Дэвид спрятал револьвер и вновь достал «Беретту». Вставил новую обойму на двадцать патронов. Потом крикнул, пытаясь перекрыть шум и обращаясь к Стилу:

— Лютер! Сейчас!

Подтянувшись, он выбрался на крышу, лег на нее и открыл беглый огонь из пистолета. Со всех сторон раздавались автоматные очереди. Внезапно Холден почувствовал боль в правой руке и увидел, как на ней выступает кровь. Ну, кажется, только задело.

Расстреляв обойму «Беретты», Дэв сунул пистолет за пояс и снова вытащил «Магнум», перезарядил. Потом ползком двинулся вперед по крыше, по пути столкнув вниз труп солдата.

Стрельба несколько стихла — охранники понесли слишком большие потери. Но работа еще оставалась.

Яростный бой продолжался еще несколько минут, а потом Холден медленно поднялся на ноги.

— Лютер! Все в порядке!

Он повернулся в сторону водонапорной башни и помахал рукой засевшему там снайперу.

Теперь, когда чуть посветлело, он мог уже различить фигуру старика за балюстрадой. «Патриот» держал в одной руке свой знаменитый карабин, а вторую поднял в победном салюте.

Больше никто не стрелял.

Дэв Холден снял противогаз и полной грудью вдохнул холодный воздух, насыщенный, правда, пороховым дымом.

Глава тридцать четвертая

Их было двадцать четыре человека — солдат из «Ударных отрядов», с которыми они едва не столкнулись в тоннеле. Но на стороне «Патриотов» был элемент неожиданности.

Пропускать «ударников» нельзя — Роуз это уже поняла. Ведь тогда те могли бы перекрыть им пути отхода, а принимать бой, имея с собой освобожденных пленников — ослабленных, возможно, раненых — и целую кучу захваченного оружия, будет очень непросто.

Если, конечно, нападение на театр завершится благополучно, а в этом полной уверенности не было.

Рука Роуз Шеперд сжалась на рукоятке ножа.

— Берем их, — негромко скомандовала она, адресуясь к ближайшей нише, где затаился Блюменталь. — Передай дальше.

А в тоннеле уже стало светлее — солдаты несли с собой яркие фонари. Колонна выходила из-за поворота.