— Как интересно… — голос, раздавшийся в тишине растерзанного пустыря, под мигающим фонарем, не должен был прозвучать здесь. Сказавший это никогда, ни при каких обстоятельствах не должен был увидеть Горо Кирью — таким.

Но сегодня был очень плохой день.

Высокая фигура, выйдя из тьмы, приблизилась к лежащему старику. Глаза, холодные, равнодушные, но при этом пронзающие насквозь, заглянули в опухшие щели, сквозь которые сейчас смотрел на этот несправедливый мир мастер Джигокукен-додзё. Старик лишь глубоко вздохнул, чуть морщась от боли в груди, которой его наградил вздох.

— Очень интересно… — почти повторил свои слова незваный гость, а затем он сделал то, чего Горо бы от него никогда, ни при каких обстоятельствах, ни в каком кошмарном сне — не ожидал!

Этот паршивец с размаху опустил своё костлявое седалище на грудь Кирью! Он, вся преисподняя Эммы О, уселся на него!!

О, ками!!

Горо выпучил глаза, резко выдыхая всё, что только смог. Он постарался вонзиться этим гневным взглядом в чужие бестыжие моргалы, но этот уродец его игнорировал! Он, сидя на грудной клетке избитого старика, упёр в неё же ладони и любовался небом!!!

— Я тебя очень долго искал, — равнодушно пояснил свой поступок пришелец, — Устал. Надо посидеть. Собраться с мыслями.

Что-то захрустело. Горо даже не понял, что именно — его ребра или его зубы?

Ему не дали времени выяснить.

— Знаешь, я тебя сегодня искал, сначала собираясь просто пособачиться из-за Хиракавы, — продолжал пытающий собственного прадеда негодяй, — Вы, два старых хитрозадых утырка, разыграли отличную комбинацию, чтобы повесить мне на шею эту девчонку. Правда, из-за этого я бы не стал использовать твоё отбитое мясо в качестве кресла, не так ли, дед?

Пыхтящему от злости Горо как будто льда за воротник высыпали. Действительно…

Тем временем, сидящий на нем Акира продолжал, а с каждым его словом льда чувствовалось всё больше и больше.

— Перед тем, как отправиться на поиски тебя, я заглянул домой. Там обнаружилось много лишнего народа. Семья, при этом, была в сборе. Мать, отец, брат с сестрой. Они все сидели на кухне. А еще там было несколько пиджаков из Митсуба…

Лёд опустился до температуры жидкого азота.

— … и Кавасима Сайго-сан, который им нас продавал. Тот самый Кавасима Сайго из того самого «Тсубаса Петролеум», с которым ты и Конго-сан меня просили быть мягче. Тот самый Кавасима, такой «важный и нужный» для Аракавы, вовсю продавал детей Кирью людям из Митсубы. За малопроцентный займ. Они сидели на нашем диване с видом хозяев жизни и листали наши досье, дед. Слышишь?

Чуть подпрыгнув, Акира задницей выдавил из Горо громкий сип.

— Слышу… — пропыхтел мастер боевых искусств, — Слышу…

— Хорошо, — ледяной голос внука продолжил неспешный речитатив, — Очень хорошо. Так вот, люди из Митсубы приняли сделку. Они увезли Сайго подписывать контракт, а к нам обещали прийти утром. Тоже с контрактами. Ко всем троим. К твоим внукам, оджи-сан. Ко мне, к Эне, к Такао. Сказали, что мы их очень впечатлили. Похвалили «Тсубасу» за умение работать с муниципалами. Мол, такое сокровище и в руках местечковых говноедов с Аракавы. Сайго даже зубами не скрипнул, у него щеки от улыбки свело. Такие дела, дед. А против «Митсубы» ты и Конго-сан… даже не пустое место. Пыль. Как тебе сейчас?

Горо стало не просто погано, он просто захотел сдохнуть.