Изменить размер шрифта - +
Но Джинни, похоже, смогла это пережить и смирилась с утратой. Может случиться так, что Эдвине тоже придется через это пройти. Что, если леди Кендрик не сумеет уговорить отца? Они с Прескот-том тоже будут лишь обмениваться нежными посланиями, в которых будут вспоминать мгновения, проведенные вдвоем?..

Эдвина воспрянула духом. Одной из причин, которая побудила Джинни начать переписку с ее любимым Жераром, была необходимость сообщить ему о том, что у нее будет от него ребенок. А если за то время, которое они с Прескоттом были вместе, они успели зачать ребенка?..

Ребенок! Ребенок может изменить все!

Слава Богу, она еще не разговаривала со своим отцом!

Если Эдвина окажется и вправду в интересном положении, она никогда не лишит будущего ребенка такого замечательного отца, как Прескотт. А также не сможет скрыть эту удивительную новость от Прескотта, прекрасно понимая, что он не допустит, чтобы его будущий ребенок рос без отца, как он сам.

«О Боже мой… Что же мне делать?»

В этот момент снова раздался стук в дверь, и Эдвина с Джинни переглянулись. Джинни поспешно спрятала письма и кивнула подруге. После этого Эдвина громко сказала:

– Да-да. Входите.

Дверь открылась, и в комнату торопливым шагом вошел Прескотт. Он был спокоен и даже весел и довольно улыбался. Эдвине показалось, что она никогда не видела его таким счастливым. Он весь просто сиял от счастья.

У Эдвины учащенно забилось сердце. Ее охватила та ни с чем не сравнимая радость, которую, она всегда испытывала, когда рядом был Прескотт.

Эдвина бросилась к нему:

– С вами все в порядке?

Прескотт привлек Эдвину к себе и нежно обнял ее.

– Лучше, чем можно себе представить. Учитывая все, что на меня внезапно обрушилось.

– Вы держитесь молодцом. Вы с таким мужеством все это восприняли! Если бы со мной приключилось то же самое, я бы падала в обморок каждые пять минут.

– Чепуха! – Прескотт поцеловал ее в висок. – Вы гораздо сильнее, чем кажетесь. Я помню, как вы великолепно держались, когда противостояли самому графу Вуттон-Баррету. – Он сильнее прижал Эдвину к себе. – Вы были просто великолепны, когда защищали меня… Это произвело на меня неизгладимое впечатление.

Уткнувшись Прескотту в плечо, Эдвина пробормотала:

– Я дрожала как осиновый лист.

– Однако все равно не отступили.

Слегка отстранившись от Прескотта, она заглянула ему в глаза:

– Я очень сожалею, что отец вел себя так отвратительно по отношению к вам.

– Но я все равно зря его ударил.

– Вы ударили графа Вуттон-Баррета? – воскликнула Джинни, вскакивая с места.

– Джинни! Извините. Я не заметил, что вы здесь.

– Я перечитывала письма. – Глядя на Прескотта сияющими глазами, она показала ему пачку писем, перевязанную оранжевой ленточкой. – Вот моя переписка с Жераром. Вся – от первого до последнего письма. Какой-то доброжелатель, пожелавший остаться неизвестным, оставил их на моей кровати вместе с запиской, сообщавшей, что больше меня никто не побеспокоит.

– Гм… – Прескотт задумчиво поскреб подбородок. Странная мысль внезапно пришла ему в голову. До этой вечеринки за городом сэр Ли ничего не знал о Прескотте. По его словам, он не любил покидать Лондон, потому что самые важные события происходят не где-нибудь, а именно там. Так почему же, несмотря на это, он все же решил отправиться на этот светский раут в сельскую глушь?

Прескотт заметил, что, устроив обыск в его комнате, сэр Ли действовал мастерски. Он сработал как настоящий профессионал. Если бы не закладка в Библии, Прескотт никогда бы не догадался, что его апартаменты тщательно обыскали.

Быстрый переход