— Нет… собственно… Время от времени я заезжаю сюда после объезда пациентов, чтобы выпить чашку чая. А сейчас вышел на берег перед тем, как ехать домой, просто полюбоваться морем. А вы собираетесь зайти к ней?

— Да.

Шарлотта снова повернулась к морю, желая скрыть волнение и мучительно гадая, насколько часто он навещает миссис Уинн. Вместе с тем она раздумывала, показалось ли ей, что минуту назад, когда он здоровался с ней, в его голосе прозвучали теплые нотки, а в глазах проскользнули радость и восхищение.

— Итак, все-таки вы добились расследования.

Она удивленно обернулась, он с осуждением смотрел на нее.

— Я вас не понимаю. Я и не думала… мне никто не говорил, что делу дали ход.

— В таком случае я вас об этом извещаю. Леди Райс сказала мне, что предпочитает не отказываться от…

— Леди Райс желает расследования? Но она говорила…

— Она делает это потому, что стало ходить слишком много нежелательных слухов, поэтому хочет оградить от них доктора Прайса и предпочитает восстановить его доброе имя публично.

Шарлотта всплеснула руками:

— Но это же замечательно! Как хорошо, что дело будет предано огласке!

Марк бросил на нее удивленный взгляд:

— Вы считаете замечательным… публично обсуждать профессиональную репутацию пожилого врача?

— А почему Дэну Ллойду отказали даже в объяснении причин, по которым доктор Прайс так и не появился у него в доме, хотя бы спустя пару часов после вызова? — вспыхнула Шарлотта.

— Врачи не обязаны все объяснять непрофессионалам, — сдержанно заметил Марк.

— Но они обязаны ответить на вопросы, которые будут им заданы во время расследования!

— Все зависит… — Он умолк и взглянул на часы. — Больше я не могу обсуждать с вами этот вопрос. Мне пора идти. Но мы непременно встретимся с вами во время расследования.

Он торопливо пошел по дорожке. Она постояла, глядя на волны, разбивающиеся об утес, затем направилась к дому. Подойдя, она увидела, как Марк усаживается в двуколку и отъезжает. Ей стало невыразимо грустно.

Цецилия открыла дверь Шарлотте и просияла от радости.

Она быстро провела ее в гостиную и усадила поближе к камину, около которого стоял накрытый столик с оставшимися после чая чашками.

— Какой дорогой вы шли? — спросила она, когда Шарлотта сняла пальто и шаль.

Шарлотта ответила, а Цецилия позвала звонком горничную и попросила ее подать чай, но ни словом, не обмолвилась о Марке.

— Я рада, что вы навестили меня, — сказала она.

— Возможно, из-за меняющейся погоды у меня дурное настроение. Думаю, приятное общество пойдет мне на пользу.

Шарлотта с трудом удержалась, чтобы не заговорить о Марке. Возможно, Цецилия не считала общество доктора Уолдрона приятным, но, во всяком случае, он был здесь и пил чай.

Цецилия поднялась наверх за книгой для Шарлотты, которая тем временем более внимательно рассмотрела комнату, в которой находилась.

Впервые она обратила внимание на фотографию весьма привлекательного мужчины в серебряной рамке, правда, в его улыбке было что-то отталкивающее. Интересно, не покойный ли это муж Цецилии? Она спрашивала Дерину о мистере Уинне, но ответы были неопределенными. «Я его не очень хорошо помню. Он умер, когда я еще ходила в школу. Мне кажется, он был странным…» — «В каком смысле?» — «Люди говорят, что он был странным, вот и все».

Появилась Цецилия с книгой и сказала:

— Книга вам понравится. Я нахожу романы мисс Брэддон увлекательными.

Шарлотта с улыбкой поблагодарила ее:

— Я уверена, что мне она понравится.