|
И, увидев мельком Лиз Финч, Жизель осознала: вот он, второй такой источник. Освежая в памяти свою первую встречу с Лиз Финч в прошлую субботу, Жизель вспомнила, как та говорила, что замахнулась на крупную тему, возможно даже, журналистское расследование по поводу правдивости рассказов Бернадетты. Жизель, помнится, усомнилась в том, что честность Бернадетты можно поставить под сомнение. Как-никак на этом незыблемом фундаменте зиждется весь феномен Лурда. Поэтому она и поинтересовалась, а есть ли еще какая-нибудь тема, которая может претендовать на звание «крупной». И Лиз Финч тогда ответила: «В Лурд со всего света стекаются тысячи людей, а завтра, на Новоявление Девы Марии, их будет еще больше. Не исключено, что среди них окажутся люди известные, заслуживающие особого внимания, возможно, с ними будут происходить какие-то невероятные вещи. Тут тоже пахнет историей, которая может стоить больших денег. Однако помните: нам нужна именно сен-са-ция!» Жизель осенило, что у нее есть как раз то, о чем мечтает Лиз Финч. Министр иностранных дел Советского Союза прибыл в Лурд в надежде получить исцеление у Девы Марии. Вот это действительно сенсация! Лиз Финч могла послужить для Жизели страховкой. Если деньги не удастся вытянуть из Тиханова, то их даст Лиз. Быстро все обдумав, Жизель пришла к выводу, что такой шанс упускать нельзя. Она наклонилась вперед и потрепала таксиста по плечу: — Анри, кажется, я заметила одного человека, с которым мне надо переброситься парой слов. Совсем недалеко — мы проехали всего несколько кварталов. Ты нигде тут не можешь развернуться? Утвердительно кивнув, водитель свернул на ближайшую боковую улицу, совершил крутой разворот и поехал по основной магистрали в обратном направлении. — Куда? — коротко спросил он. — По-моему, это было кафе «У короля Альбера», — припомнила Жизель, напряженно глядя в окно, чтобы убедиться, что Лиз Финч еще не ушла. Наконец она снова увидела копну морковных волос, и у нее отлегло от сердца. — Можешь высадить меня здесь, Анри,— произнесла Жизель.— Припаркуйся где-нибудь поблизости. Я всего на пару секунд. Лавируя между пешеходами, Жизель видела, что Лиз сидит на красном плетеном стуле в полном одиночестве, поглощая картофель, обжаренный в кипящем масле, и запивая его кока-колой со льдом. Так кошмарно могут питаться только американцы, подумала Жизель. Это, однако, не мешало ей любить их всей душой. — Добрый день, мисс Финч,— приветствовала Жизель американку. Лиз подняла голову: — А-а, это вы. Ну, как жизнь? — Как всегда, в заботах. — Жизель подтянула к себе стул.— Ничего, если я присяду с вами на минутку? — Пожалуйста,— согласилась Лиз.— Я тут решила перекусить перед ужином. Хотите? — Нет, спасибо,— отказалась Жизель.— Как у вас дела? Нашли какие-нибудь крупные темы? Лиз скорбно посмотрела на нее: — Ни черта я тут у вас не нашла, кроме святош, которые распевают псалмы. В этой чертовой деревушке можно сдохнуть от скуки. Околачиваюсь здесь уже восемь дней в ожидании, что кто-нибудь завопит: «Аллилуйя! Я узрел Деву Марию». Да что-то сомнения одолевают, что это случится. Поскорее бы вернуться в Париж, хоть с пустыми руками. А там пускай увольняют. — Увольняют? — Это я так, к слову. Не обращайте внимания.— Лиз кинула в рот хрустящую картофелинку.— Вы-то в самом деле как? Не накопали, случаем, каких-нибудь сенсаций для бедной Лиз? — Кто знает, может, и накопала. |
