|
— Я уже не уверена, что хочу есть,— ответила взбудораженная Наталия. — Ну, тогда выпьем что-нибудь,— согласилась тетя Эльза и заставила девушку подняться на ноги. Наталия позволила тете вывести себя на площадь Святого Марка, и до ее слуха вновь донеслись воркование и хлопанье крыльев проклятых голубей. Тетя Эльза отпустила ее руку и сказала: — Тут мальчишка-газетчик продает «Газзеттино». Я пойду куплю. Вскоре тетя вернулась с венецианской газетой в руке, и они продолжили свой путь. — Где мы сейчас? Только скажи точно! — Мы находимся перед базиликой и направляемся к Пьяццетте, а там повернем направо, к бару «У Гарри». — Базилика…— тихо повторила Наталия.— Аона открыта? — Конечно. — Я хочу войти внутрь. — Правда? — Да, на минутку. Мне хочется помолиться. Тетя Эльза, не слишком жаловавшая церкви, безропотно согласилась: — Ладно, если это поможет тебе забыть того идиота. — Он не сделал ничего дурного, тетя. Этот бедняга действительно не знал. А вообще-то я должна радоваться тому, что все еще способна привлекать внимание мужчин. Но мне действительно стало больно — всего лишь на миг — при мысли о том, чего я лишилась. Так мы зайдем в базилику? Наталия осторожно шла по проходу, ощупывая спинки деревянных скамей, слыша повсюду шарканье ног и приглушенные голоса. Опустившись на колени, она стала молиться и после короткой безмолвной беседы с Создателем почувствовала себя гораздо лучше. — Тетя Эльза! — шепотом позвала она. — Я здесь,— послышалось рядом. — Пойдем обедать. И она вышла вслед за тетей в черный как уголь полдень. Женщины пересекли Пьяццетту и свернули направо. Все это время Наталия держала тетю за руку и пыталась во всех подробностях вспомнить места, по которым они проходили. Девушка заговорила только однажды, когда они шли мимо Джардинетти. — Старая дама и бездомные кошки все еще здесь? — спросила Наталия. — Да, и она, как всегда, кормит их всех. — Какие же все-таки чудесные люди есть на свете! Они дошли до аэровокзала, обогнули его и вышли на маленький мостик, то и дело сталкиваясь с людьми, плотным потоком спешившими от остановки вапоретто[10] на Сан-Марко. Наталия не могла отделаться от одной навязчивой мысли: если Господь сумел найти человека, который взял на себя заботы о бездомных котах, почему Он не проявляет милосердия по отношению к ней, почему не пошлет ей какого-нибудь доктора или новое лекарство, способные излечить ее? Это был один из редких моментов, когда на Наталию накатывала волна жалости к себе, но когда они с тетей подошли к стеклянным вращающимся дверям бара «У Гарри», она уже стыдилась того, что позволила себе подобные чувства. Наталия решила, что впредь будет радоваться жизни, а не пенять небесам. Оказавшись внутри, она испытала облегчение: тут было гораздо прохладнее, отсутствовала давка и постоянное гудение голосов. — Как мало здесь сегодня посетителей! — удивилась вслух тетя Эльза.— Практически весь бар в нашем распоряжении. Слева до слуха Наталии донесся голос бармена: — Рад снова видеть вас, синьорита Ринальди! — А я рада вновь оказаться здесь, Альдо,— ответила Наталия. Тетя Эльза заговорила с кем-то, видимо с официантом: — Мы сядем за угловой столик у задней стены. |
