|
Дальше находится грот, за ним еще два входа в пещеру, потом купальни, в которых паломники совершают омовения. — Давайте остановимся перед входом в грот,— мягко попросила Наталия, не переставая считать шаги. — Вот он, слева от нас. — Они остановились, и девушка почувствовала, как твердые руки Розы повернули ее.— Мы находимся перед гротом. — Я хочу войти внутрь. Роза вновь взяла ее за руку и повела за собой. Наталия шла уже не такой твердой поступью, но счет не прекратила. Вскоре они снова остановились, и Роза произнесла: — Ты стоишь на том самом месте, где, насколько мне известно, находилась коленопреклоненная Бернадетта. Наталия кивнула, опустилась на колени и молча помолилась. Когда она поднялась, то услышала слова Розы: — Если хочешь, ты можешь прикоснуться к стене грота. Наталия протянула руку вбок и нащупала стену. Осознав, что стена совсем рядом, девушка наклонилась вправо и поцеловала гладкую прохладную поверхность. На душе у нее полегчало, и она позволила своей провожатой вывести себя через полукруглое отверстие наружу. — Провести тебя по территории святилища? — осведомилась Роза. — Мне хотелось бы побыть перед входом в грот и помолиться,— ответила Наталия. — Позади нас много свободных скамеек. В такую жару лучше молиться сидя. Усевшись, Наталия достала четки и погрузилась в молитвы и размышления. Роза ненадолго отошла, а вернувшись минут через тридцать, сказала: — Народ расходится. Все идут на ужин. Нам тоже пора. Я отведу тебя в гостиницу тем же путем, каким мы шли сюда. Наталия встала со скамейки и, опираясь на руку Розы, поплелась следом за ней к подножию пандуса, поднимавшегося к улице. Она снова считала шаги, перепроверяя саму себя. Оказавшись наверху, Наталия остановилась, чтобы перевести дыхание и сравнить число шагов, которые она насчитала по пути отсюда к гроту, и цифру, которая получилась сейчас. Они практически совпали. Вскоре они снова стояли в вестибюле гостиницы, дожидаясь лифта. Наталия ощущала себя обновленной и получившей заряд некой энергии. В окружающем ее мраке внутренним взором она пыталась рассмотреть Спасителя и Его Мать, Владычицу Небесную. Она услышала голос Розы: — Сейчас мы пойдем в твой номер, где ты сможешь освежиться и перевести дух. Я, пожалуй, сделаю то же самое. А потом мы спустимся в ресторан и как следует поедим. Затем я провожу тебя обратно в комнату, а сама уйду. Надеюсь, ты не будешь чувствовать себя одинокой? — Я никогда не испытываю этого чувства,— улыбнулась Наталия.— Я слишком занята. В противоположном конце вестибюля, за стойкой регистрации, стояли двое, и один из них пристально смотрел на женщин, собиравшихся войти в лифт. Круглолицую румяную женщину средних лет звали Ивонна, она была администратором и работала здесь в дневную смену. Сейчас она ни на что не обращала внимания, поглощенная какими-то бумагами. Вторым был консьерж Анатоль, молодой здоровяк с мохнатыми бровями, близко посаженными серыми глазками, сплющенным носом боксера и толстыми губами. Выходец из Марселя, Анатоль долго искал работу в Лурде и примерно с неделю назад нашел ее в гостинице «Галлия и Лондон». Сейчас он приехал, чтобы подменить Ивонну и заступить в ночную смену. Анатоль не сводил глаз с двух женщин, входящих в лифт. — Работаю здесь уже неделю и только сейчас увидел бабу, которую с удовольствием бы трахнул,— пробормотал он. Ивонна, уже успевшая привыкнуть к скабрезностям, которые то и дело изрыгал ее новый помощник, подняла голову от бумаг и, проследив за его взглядом, осведомилась: — Тебе понравилась та пожилая дама? — Нет, дура, другая! Она стоит к тебе спиной, но погляди на нее, когда она повернется, чтобы войти в лифт. |
