|
Они проезжали по людным улицам, где все были заняты делом. Путешественники хотели скорее найти ночлег и спрашивали у прохожих, где лучше остановиться. Чаще им отвечали вежливо, однако не раз выслушивали рассеянно и, быстро извинившись, спешили уйти. Алехандро, который редко говорил по-французски, владел им неважно, но Эрнандес знал язык еще хуже, и потому Алехандро приходилось слушать и говорить за двоих. Когда наконец они устроились, Алехандро спросил у хозяина о причине суеты в городе. — Месье, — ответил хозяин, — в наших краях поселилась ужасная болезнь. Мы думали, она не распространится дальше Марселя, но утром в город приехал крестьянин, который сказал, что у него сегодня погибло в поле все стадо. Люди боятся заразиться и спешат покинуть город и уехать подальше от болезни, ибо никто не знает, ни в чем ее причина, ни как она передается. И хотя я рад заработку, но советовал бы вам как можно скорее убраться подальше от этого места. После этого разговора Эрнандес отвел Алехандро в сторону. — Нам действительно лучше скорее уехать из этого города, однако ночь мы здесь проведем. Плохо, что ты врач: городские власти или монахи могут заставить тебя остаться. Никому не говори, кто ты, или, если спросят, назовись школяром. — Эрнандес, — воскликнул Алехандро, — ты требуешь от меня слишком много! Я связан клятвой и обязан служить всем страждущим. — Друг мой, а я нанялся защищать твое здоровье и жизнь. Успеешь еще наслужиться, когда чума двинется дальше, если уж тебе так хочется. Мертвый, ты никому не поможешь, включая себя самого. Последние его слова отозвались холодком, пробежавшим вдоль позвоночника. «Мертвый, ты никому не поможешь», — мысленно повторил Алехандро. — Мертвый, я не буду твоим подопечным. — Тогда позволь мне смиренно просить тебя позволить мне до конца выполнить условия моего договора и доставить тебя в Авиньон, поскольку полный расчет со мной будет произведен только тогда, когда ты лично предстанешь перед банкиром, которому я буду иметь честь передать вексель от твоего отца. И Алехандро пообещал Эрнандесу вести себя смирно до тех пор, пока они не доберутся до Авиньона. — Эрнандес, прости меня. Я ведь не знал об условии. Ты благородный человек и надежный спутник. Ты защищал меня, и я тебе благодарен. Ты, конечно, должен получить свои деньги, которые заслужил. Один, без тебя, я бы погиб в пути, никогда бы сюда не добрался. Эрнандес картинно поклонился, разведя руками. — К вашим услугам, сеньор. Это большая честь для меня — сопровождать вас в пути навстречу новой жизни. Таким образом, ссора не состоялась. Эрнандес и Алехандро стали готовиться ко сну, условившись выехать ранним утром, чтобы достичь конечной цели своего путешествия. Шесть Тед нашел у двери в лабораторию микробиологии одного охранника. — Вас только что искала молодая леди, сэр, — сказал охранник. — Спрашивала про работу, которая у нее здесь. Очень интересовалась вон тем материалом. — Он показал на клочок ткани под микроскопом. Охранник явно нервничал, ожидая, что скажет директор, который редко снисходил до низшего персонала, и в его присутствии они почти все чувствовали себя неловко. Тед свысока посмотрел на охранника. — Она сказала, к кому пришла? — Сказала, что к вам, сэр. |
