Loading...
Изменить размер шрифта - +
Минут через пять мне стало ясно, что я катаюсь по ничем не заполненному пространству размером примерно десять на шесть шагов. В одном месте я наткнулся на ступеньки – скорее всего, именно здесь находился выход. Следующие минут двадцать ушли у меня на то, чтобы обшарить пол в поисках подручного материала: я совершенно не собирался лежать здесь и покорно ждать, когда Мою участь решит тот, кто уже был со мной однажды не слишком любезен, если не сказать больше.

Суки.

Могли бы хоть в какую‑нибудь подсобку кинуть: там наверняка нашлось бы что‑то, что помогло бы мне избавиться от наручников...

То, на что я наконец наткнулся, было, скорее всего, обломком какого‑то ящика. Ощупав соединенные углом дощечки, я разодрал их, вытащил застрявший в одной из них гвоздь, повозился несколько минут с замком и, наконец, с облегчением развел в сторону освобожденные руки, дав крови доступ к затекшим мышцам. Едва в пальцах начало покалывать, я, не обращая внимания на боль, сорвал с лица скотч, несколько раз набрал полную грудь воздуха, каждый раз медленно выпуская его, – это дыхательное упражнение позволяет сосредоточиться, сконцентрировать энергию и быстро прийти в себя. Прямо скажем, это было как раз то, что мне сейчас требовалось. Еще несколько минут ушло у меня на легкую разминку. Я был уверен, что рано или поздно за мной придут, и хотел быть готовым к бою. Во всяком случае, за здорово живешь я свою жизнь отдавать не собирался.

Ждать пришлось недолго. Скоро я услышал тяжелые шаги, затем звякнул замок, проскрипел дверной засов и в раскрывшуюся дверь в мой подвал вошел мужик За мгновения, которые ему понадобились, чтобы сообразить, что меня почему‑то нет на полу, я успел его разглядеть. Бородатый детина в левой руке держал фонарик, а в правой – наготове ТТ. Я не стал ждать: с ходу выбив ногой пистолет, тут же ударил надетыми, как кастетом, наручниками в его заросший жестким волосом кадык.

Бородач был здоровущий, выше и сильнее меня, но у него тут не было ни одного шанса: такие упражнения с применением подручных предметов мы с ребятами давно отладили до автоматизма...

Дождавшись, когда бородач перестанет хрипеть, я привалил его тело к стене, подобрал ТТ и вышел из своей темницы. Фонарь я включать не стал: в неизвестном помещении лучше полагаться на собственные органы чувств. Пообвыкнув в полумраке коридора, я осторожно пошел вперед. Судя по всему, отведенная мне камера находилась в самом конце. Я шел, едва касаясь стены, убеждаясь, что по правую руку от меня в коридорчике было еще несколько таких же дверей, как в моем узилище. Возможно, за одной из них томились Боцман или Артист, но двери были заперты на большие амбарные замки, и голыми руками тут сделать было ничего нельзя. Я проверил пару раз – ключ от моего замка к другим, к сожалению, не подходил. Стало быть, надо было искать место, где находятся остальные ключи.

Коридорчик закончился поворотом, из‑за которого сочился свет. Я ползком добрался до угла и выглянул. Это было то самое место, которое мне было сейчас нужнее всего. Здесь стоял небольшой дощатый стол, за которым сидел еще один охранник. На столе я успел разглядеть пару алюминиевых кружек, остатки еды, доску с не доигранной партией в нарды, и тут же мне пришлось отпрянуть за угол: охранник, оторвав взгляд от доски, поднял голову и посмотрел в сторону коридора. Он не заметил меня только потому, что смотрел выше, на уровне роста взрослого мужчины.

– Эй, Рустам! – нетерпеливо крикнул он в темноту коридора.

Я вскочил на ноги и напрягся: сейчас все зависело от того, что предпримет охранник. Если он уверен в своих силах, то, не услышав отклика напарника, пойдет разбираться сам. Если он человек осторожный, сначала позовет подкрепление. Последнее сильно осложнило бы мои дальнейшие действия, ну да ничего, у меня есть ТТ, в узкой горловине коридора можно будет положить как минимум семерых. Ну а восьмой...

Но о том, куда послать последний патрон, мне додумать не довелось: охранник все же понадеялся на собственные силы.

Быстрый переход