Он заснул только под утро, а в семь часов уже был на ногах. Чтобы работы шли своим чередом, реставраторам и подсобным рабочим требовалось дать указания. Заставив себя сосредоточиться на делах, Курт немного отвлекся от удручающих мыслей, но продолжал пребывать в сумрачном расположении духа, тревожа и пугая всех, с кем трудился над возрождением Солуэя.

Предположения Нэнси о существовании «черной комнаты» оказались верными. До девятнадцатого века две каморки с низкими потолками под самой крышей были одним помещением без окон. Доказательства этому нашел дотошный Тони, повторно пересмотрев документы из архива.

Мораг Уиндленд, с которой Курт связался по телефону, как только историк привел ему свои доводы, целых три дня ломала голову над судьбой комнатушек. Потом заявила, что желает оставить их в нынешнем виде. Люди Генри тут же приступили к обследованию и укреплению сооруженной в девятнадцатом веке стены и к обновлению кровли…

Домой Курт собирался хмурым осенним днем. Солуэй смотрелся теперь торжественно и величаво, но его — наверное, впервые за годы работы архитектором — не радовал результат собственного труда. Он мечтал полюбоваться замком вместе с вложившей в него душу любимой женщиной, а без нее чувствовал себя опустошенным и словно бы неполноценным.

В его руководстве больше не нуждались. Все, что теперь требовалось от остающихся специалистов, так это завершить реставрационные работы, обставить помещения замка частично обновленной, а частично изготовленной по эскизам дизайнеров мебелью, оснастить превращенные в гостиничные номера комнаты сантехническим оборудованием и прочими приспособлениями, без которых современный человек не мыслит себе жизни.

8

В Эдинбурге в день возвращения Курта лил обложной дождь. Настроение у молодого человека было таким же серым и безрадостным, как погода. Войдя в свою гостиную, пустовавшую несколько месяцев, он с грустью увидел рекламные буклеты с красочными фотографиями райских лагун и островов. На Филиппины, да и в любой другой уголок земного шара, его уже совсем не тянуло.

Улегшись на широком диване, он закрыл глаза и неожиданно подумал о том, что Нэнси со своими косичками и волшебными глазами бесподобно вписалась бы в экзотические пейзажи. Ему представилось, что они отправляются на отдых вдвоем, и, в который раз воспарив над суровой действительностью, он перенесся в мир грез. Теперь его душа только там находила отдых и радость, лишь фантазии дарили ему умиротворение и покой…

Грубо вернул его к реальности, как всегда, телефонный звонок. Беря трубку, он мысленно проклинал все достижения научно-технического прогресса, и в первую очередь телефон.

— Алло…

— Здорово, старик!

Звонил Генри Хонникер. Услышав знакомый голос, Курт мысленно вернулся в тот день, когда приятель только предложил ему заняться Солуэем. Вместе с Нэнси Минтон, которую он еще не знал. Курт ясно вспомнил, что одно ее имя возбудило в нем странный интерес, и в отчаянии стиснул зубы.

— О том, что ты отправился домой, ребята сообщили мне минуту назад, — сказал Генри. — Вот я и решил тебе звякнуть, узнать, как там дела.

— Близки к завершению, — ответил Курт коротко и без особого энтузиазма.

— По-моему, ты не в духе, — заметил друг. — Заскучал по привидениям?

Он весело рассмеялся, и Курт позавидовал его жизнерадостности. Ему было совсем не до шуток.

— Нет. Просто погода унылая. Мне в Солуэе больше нечего делать, поэтому я и вернулся домой. Если потребуется мое присутствие в момент сдачи замка миссис Уиндленд, я туда подъеду.