— Что случилось, Глаша? — остановила ее Полина. — Кто там у крыльца? Приставы приехали?

— Нет, сударыня, — ответила несколько удивленная таким вопросом Глаша. — Там какой-то барин проезжий, спрашивает у Алексея Кондратьевича дорогу. А барыня его в карсте сидит, ей дурно, и он попросил для нее нюхательную соль. Алексей Кондратьевич велел мне взять флакон из шкафа в столовой.

— А, вот оно что… Ну, иди, Глаша.

Полина рассеянно посмотрела вслед служанке, потом вернулась из сеней в коридор. Упоминание о флакончике с солью ее насторожило. Но она не успела задуматься об этом предмете, как вдруг одна из дверей в коридор открылась и навстречу Полине вышел тот самый человек, от которого она пряталась полдня. Теперь их разделяло всего лишь несколько шагов. Полина, непроизвольно вскрикнув, отступила назад. Холод ужаса сковал ее, когда она заметила, как стоявший напротив убийца сделал движение рукой за пояс, словно нащупывал нож.

— Я же говорил, что найду тебя из-под земли, — сказал он с кривой ухмылкой. — Я хорошо запомнил твое личико. Но ты не бойся, я тебя не трону, если будешь молчать. Не бойся, подойди ко мне.

Секунду Полина стояла на месте, парализованная страхом, потом с криком выбежала в сени, едва не наткнувшись на Алексея, который заслонил собою дверь и не дал преследователю кинуться за Полиной.

Прижавшись к стене, она услышала громкий голос Алексея:

— В чем дело, дядя? Почему вы гонитесь за этой дамой?

— А кто она такая? — возбужденно спросил «дядя».

— Эта дама искала помощи в моем доме, и я попрошу относиться к ней уважительно, — заявил Алексей.

— Но кто она такая, как ее зовут? — продолжал допытываться дядюшка.

— Не знаю, она проезжая, попросила дать ей лекарство. Сейчас со своим спутником она отъезжает в Косино, чтобы заночевать на постоялом дворе.

Дядюшка выглянул в окно и, убедившись, что карета действительно отъезжает, сказал:

— Прости, Алеша, я, может быть, повел себя немного неучтиво, но мне очень надо поговорить с этой дамой. Я узнал в ней подругу одного моего должника, который прячется от меня больше года. Вдруг она наведет меня на его след? Я, пожалуй, поеду, чтобы с ней договориться.

Полина, опасаясь, что дядюшка сейчас может выйти в сени и увидеть ее, кинулась к двери, ведущей в другое крыло дома.

За этой дверью она простояла несколько минут, дожидаясь, пока опасный гость выйдет из дому.

— Полина, он уехал, где ты? — услышала она голос Алексея.

Она бесшумно приблизилась к мужу и тронула его сзади за плечо. Он обернулся, порывисто обнял ее.

— Слава Богу, я успел вовремя! Но зачем ты вышла из своей комнаты раньше времени? Понимаешь, как это было опасно?

— Прости, я ведь думала, что приехали приставы. А кто были эти господа в карете? Я видела, как Глаша несла им флакон с нюхательной солью.

— Видишь ли, Полина, тут такое дело… Давай присядем.

Они сели на скамейку в углу, и Полина, вопросительно взглянув на Алексея, заметила:

— В связи с этим флакончиком я почему-то вспомнила Илларию.