— Ты смелая и умная женщина, — улыбнулся молодой человек.

— Это-то и плохо. — Юлия снова вздохнула. — Понимаешь, некоторые мужчины, те немногие, с которыми я знакома, кажется, почему-то боятся меня.

— Только глупые напыщенные болваны боятся умных женщин, точнее, боятся казаться глупее их, искренне считая себя умнее, — рассмеялся гость. — А ты еще и красивая… А красивых боятся все! Ну, или побаиваются… или считают некоей высотой, которую надобно обязательно покорить.

— Вот именно, — обрадованно кивнула хозяйка. — Думаю, в этом все дело.

— А ты бы сама-то хотела замуж? Извини за вопрос.

— Да уж хотела бы… Увы, никто меня не возьмет!

— Ну, опять двадцать пять! — Саша хлопнул ладонью по столу. — Только из-за того, что ты бесприданница? Ой, не лги!

— Ты прав, разбойник, я потеряла девственность в тринадцать лет. Грехи молодости. Теперь вот маюсь. И ничего уже не изменить! Раньше нужно было думать — так где были мозги?

— В юности обычно все безмозглые, — усмехнулся Александр. — Хотя и в твоем случае можно придумать выход. Тебе надо бы сказаться вдовицей.

— Хм… легко сказать! Ведь соседи-то меня знают.

— Э! — Александр погрозил собеседнице пальцем. — Не гони лошадей, Юля! Не все сразу. Тебе сколько сейчас лет?

— Двадцать пять.

— Так я и думал. Красивая молодая женщина, умная… Лет через пять братья твои станут самостоятельными людьми, воинами, может быть, успеют жениться. А ты? Поверь, тридцать лет — это еще не старость. Знал я многих женщин, которые и в более почтенном возрасте добились многого — вышли замуж, родили детей…

— А еще я подумывала о монастыре. — Юлия вскинула глаза. — Ну, после того, как мальчишки вырастут. Увы… Наш правитель разогнал все обители! Разве что уехать в иные земли. Наверное, я так и сделаю, ведь Господь привечает всех.

— Подожди ты с монастырем, Юля! Уж туда-то всегда успеешь. Налей-ка еще вина!

— Боже, какие еретические речи ты говоришь!

— Если ты уж собралась уехать — уезжай. Ненадолго, потом возвращайся, распусти слухи — дескать, была замужем за одним виликом в Гиппоне… Или не за виликом, не в Гиппоне, а в Цезаре, Гадрумете, Тапсе. Всегда ведь можно что-нибудь придумать.

— Ты предлагаешь мне солгать?

— Вовсе нет! Лишь немножечко подправить свою жизнь — то, о чем люди думают. Кстати, это можно сделать и здесь, вовсе не обязательно куда-то там уезжать. Ну, подумаешь, не девственна, эко дело! У тебя что, нет знакомой свахи?

— Свахи? Никогда об этом не думала, — честно призналась хозяйка. — Наверное, нету… Хотя есть одна женщина, Лидия, она торгует рыбой… Говорят, что занимается и сватовством. Иногда.

— Ну вот и обратись к ней. Лидия — вполне достойная женщина, я много хорошего ней слышал.

— Спору нет — прекраснейшая рекомендация из уст… гм… неизвестно кого!

— Ой, Юля, не язви, ладно? Может, еще выпьем? — Александр потянулся к кувшину.

— Нет, нет, — запротестовала Юлия. — Я и так уже пьяна. Немного, но в голове шумит.

— Приятно шумит или неприятно?

— Не знаю даже… Ты вот зачем мне налил?

— Я что же, по-твоему, пьяница, чтоб пить одному? Уж поддержи компанию, сделай милость.