— Да кому в этой Москве революцию-то делать? Проституткам с Тверской да торгашам с Коньково? — хмыкнул Александр Фридрихович.

— Говорят, бакс с шести до четырнадцати рублей прыгнул, — не сдавалась Люся. — Неужели правда?

— Да, есть такое… Так и живем, сверяя время по сигналу точного доллара, — согласился мужчина и, снисходительно улыбнувшись, добавил:

— Знаешь, есть такой закон физики: если где-то чего-то убыло, в другом месте обязательно должно прибавиться. Закон сообщающихся сосудов. Как говорят — вода дырочку найдет.

И, явно не желая объяснять, что конкретно имеется в виду, поставил на сиденье пластиковый чемоданчик, щелкнул замочками, приподнимая крышку, — взору Люси предстали пачки стодолларовых купюр.

— Что это?

— Деньги, — спокойно прокомментировал мужчина.

— Чьи?

— Вообще-то американские. Но если они в моем чемодане, стало быть, мои.

— И сколько?

— Два с половиной «лимона». И завтра столько же заберу. Четвертый день по Москве езжу, нал собираю. Ничего, ты у меня в очереди за хлебом стоять не будешь…

— Так ведь по телевизору говорят, что в Москве долларов совсем не осталось! Все проклятые банкиры скупили!

— Для меня всегда будут, — отрезал Александр Фридрихович. — Я же говорю: если в одном месте убыло, значит, в другом прибыло… — и раздраженно добавил:

— Неужели непонятно?

То ли предпоследняя фраза требовала глубокого осмысления, то ли вид двух с половиной миллионов долларов действовал завораживающе, но недавняя пассажирка самолета из Мадрида молчала до самой Москвы — на лице ее отобразилась работа мысли. И лишь когда «линкольн» пересек кольцевую автодорогу, только и сумела, что вспомнить последний аргумент:

— Так ведь по телевизору говорят…

— Ты еще радио послушай да газеты почитай, — не скрывая иронии, резко перебил мужчина. — Что тебе не нравится? По курортам ездишь, все твои желания исполняются, все твои родственники…

Он не успел договорить — неожиданно в кармане зазуммерил мобильник.

— Алло, — отвернувшись от глупой жены, произнес Александр Фридрихович.

— Кажется, я не туда попал, — неуверенно проговорил чей-то знакомый голос.

— Лебедь, ты?

— Я…

— Да, ты туда, куда надо, попал. Это я, Немец…

— А я уж думал…

— Откуда звонишь, из сауны?..

— Ну… — Тот вдруг икнул.

— Я так и понял — опять водяру пьешь…

— А что еще делать? Кризис в стране…

— Что значит — кризис? Это у дураков и у ленивых кризис, а нормальные люди работать должны, а не пьянствовать.

— Работать? — с ухмылкой переспросил тот.

— Ну, если тебе и твоим уркам не нравится слово «работать», скажу по-другому: делом заниматься!..

— Каким делом-то?

— Что значит — каким? Каким всегда занимались. Своим делом…

— Своим? — Парень явно начал трезветь.

— Да, вот именно. Ты лучше скажи, когда и где по нашим делам соберемся?..

— Четырнадцатого октября, в Ялте…

— Раньше бы надо…

— Раньше никак не успеть: людей трудно будет собрать…

— И еще целый месяц, как я понял, ты водку жрать будешь или вновь коксом обдолбаешься.