Молчавший до этого момента подросток теперь рассердился. «Это кто сказал?» Все молчали. «Ах, это ты!» С этими словами он с быстротою молнии сорвал шапку с хвастуна и бросил ее оземь – на край рисового поля.

– Да я что, я ничего, – протянул униженно тот и нагнулся, чтобы подобрать шапку. Тут подросток дал ему пинка, и обиженный нырнул головой прямо в молодую поросль. А подросток тут же дал деру.

Во время большой перемены один шестиклассник ураганом налетел на Сумико и сбил ее с ног. Она лежала на земле и заливалась слезами. Учитель помог ей подняться. Сумико безудержно рыдала. Когда учитель отпустил ее, она тут же рухнула снова. Собрались другие ребята. Сумико плакала, ее плечи и лицо сотрясались так, словно это была взрослая женщина.

Наш подросток видел это и принял решение. На следующий день он подкрался к обидчику и с криком «Сволочь!» набросился на него с кулаками. Преследуемый подростком шестиклассник бежал, пока вдруг он не столкнулся с Сумико. Он сбил ее с ног.

Сумико была младше своего защитника на год, она только окончила шестой класс. А он перешел в среднюю школу – в седьмой класс. Он купил в фотоателье карточку, сделанную по случаю окончания Сумико и ее товарищами начальной школы.

Ученики средней школы основали нечто вроде клуба и каждое воскресенье собирались в здании начальной школы. Тамошние преподаватели уже не имели сил поучать их. Еще и потому, что родители многих детей заправляли всеми местными делами. На тесной спортплощадке ребята играли в бейсбол. Бывало, что разбивали тяжелым мячом черепицу или окно. Рылись в ящиках шкафа в учительской. В кабинете кройки и шитья занимались дзюдо. Жевали дрянные сладости. Слонялись из класса в класс и писали глупости на доске.

Когда наш подросток зашел в класс, его товарищи, сгрудившиеся вокруг стола, молча подозвали его взглядом. Это был стол Сумико. Они достали оттуда ножницы, рисунки, прописи, контрольные работы. «Дай поглядеть», – сказал подросток сидевшему напротив него. Тот одним движением снял со спинки стула подушку с муслиновой наволочкой и протянул ему. «На, держи!» Подросток сказал: «Беру себе». – «Ну, ты даешь!» – товарищи враждебно уставились на него. «Кому завидно – приходите ко мне завтра. Дам посидеть».

Умэмура жил в той же спецдеревне, что и Сумико. Он был одноклассником нашего подростка. Они дружили. Когда отправлялись путешествовать, спали в обнимку. Кожа на пальцах рук и ног у Умэмура была обморожена. Подросток чувствовал, что от его тела исходил какой-то чувственный запах.

Когда они возвращались из школы, Умэмура спросил: «Тебе она нравится?» Молчание.

– Я дарю тебе Сумико. Только ты можешь сделать ее счастливой. Ты, наверное, переедешь в Токио. Ее надо увезти куда-нибудь подальше.

– Ты рассуждаешь совсем как эти взрослые.

– Сегодня я тебе покажу очень интересное место.

Они отправились через деревню Умэмура в рощу, где был расположен местный храм. Четверо девочек повесили свои ранцы на шею каменной собаки, стоявшей перед входом в храм, а сами прыгали через скакалку. Весело насвистывая, Умэмура подошел к ним.

– Сумико, вот я и привел его!

Сумико взглянула на подростка исподлобья и покраснела. А потом они ушли в лес.

Настала зима, воскресенье. Подросток взял птичью клетку, клей для ловли птиц и, скрываясь от глаз родителей, ушел в горы. Сумико и ее друзья взяли огромные плетеные корзины с лямками. Они несли их через плечо, корзины болтались на уровне колен. Они предназначались для сбора опавшей хвои.

Умэмура закричал с вершины холма: «Лови!» Подросток ответил снизу: «Давай!» Сумико забралась в корзину, поджала руки и ноги.