Старшеклассник полез в пиджак за деньгами, но кошелька там не оказалось. Он стал лихорадочно ощупывать все свои семь карманов – нигде нет.

Анна своровала его.

Старшеклассник стал припоминать: Анна с родственниками вышли из кинотеатра. Все они стояли перед балаганом, затеревшись в толпу желающих посмотреть представление артистов на роликовых коньках. Он встал позади Анны. И тут же почувствовал, как ее шаль коснулась рукава его пальто. Анна отшатнулась, повернулась назад и наступила ему на ногу.

Но не она, а он сказал: «Прошу прощения». Анна покраснела и захихикала. У нее были тонкие черты. Кончики бровей и уголки губ чуть вздернуты. Улыбка – как у хищной птицы. Она посмотрела на него со злостью. Вот тогда он и решил выследить ее.

Тогда он еще не знал, что она украла его кошелек.

Держась за косяк, дежурный презрительно смотрел на него.

– Я где-то обронил кошелек. Могу я завтра утром послать за сестрой, чтобы она принесла деньги? Вот неудача. Можно позвонить в общежитие, но сестра прийти уже вряд ли успеет.

– В смысле оплаты у нас не делается исключений.

– Получается, что я не могу здесь переночевать?

– Мне очень жаль. Последняя электричка еще не ушла. А до станции Хонго здесь недалеко.

Он шел по коридору, уставившись в пол. Он заметил туфельки Анны перед дверью ее комнаты. Напевая по-английски русскую песню, он отправился на станцию.

«Добро пожаловать!» – как ни в чем не бывало сказал ему дежурный на следующий вечер.

И вот теперь сквозь щель между раздвижными перегородками он наблюдал за тем, что творится в комнате Анны. Неглаженое белье Анны и ее братьев, два обшарпанных чемодана, поверх них – кулек с горохом, старенькая гармоника, возле вешалки – запылившийся венок, детская деревянная лошадка… И больше ничего. На шее свалившейся набок лошадки – российский орден.

Вползла горничная.

– Я постелю вам постель, господин. – В первый раз в жизни его назвали господином. – Если вам понравилась эта русская девушка, я могу вам помочь.

– Каким образом?

– Это будет стоить двадцать иен.

– Но ведь ей всего тринадцать лет.

– Тринадцать, говорите?

Когда Анна с братьями вернулись в номер, они перекинулись несколькими словами. Потом заснули. Он же дрожал от возбуждения на своем жестком матрасе.

На третий вечер он явился с двадцатью иенами, которые он занял у друга. В комнату вползла другая горничная.

После того, как отец с братьями заснули, Анна стала негромко напевать. Он посмотрел в щель. Она сидела на постели, закрыв ноги одеялом. Юбка была аккуратно положена на циновки. На коленях у нее был целый ворох белья. Она штопала его своей японской иголкой.

Послышался гудок автомобиля. Он снова взглянул в щель. Анна спала в обнимку с братом. Были видны только ее волосы. На другом матрасе спали отец с Даниэлем. Он приоткрыл перегородку, подполз к Анне и положил около подушки кошелек. Это был черный кожаный кошелек с красной окантовкой – сегодня он купил в универмаге точно такой же, как и в прошлый раз.

Когда он открыл опухшие от слез глаза, у перегородки лежало два одинаковых кошелька. В новом лежало двадцать иен. В старом – шестнадцать с небольшим. Анна вернула ему в точности ту сумму, которую она похитила у него. В соседней комнате валялся только запылившийся венок. Анна испарилась. Она испугалась его невинности. Он отломил от венка искусственную хризантему, положил ее в кошелек и бросился в кинотеатр.