– Как вы приказали, босс, я пустил слух, что вы заплатите пять тысяч за любую информацию о журнале Частина. Но пока ничего.

– Удвой награду. – Ник рассеянно вычислил расстояние, которое отделяло «Синхрон» от других машин на улице.

Он просчитал действие дождя и влажного тротуара, а также скорость синей малолитражки, которая ехала перед ним. Кое что было не совсем правильным в этой схеме. Он перешел на другую полосу. Водитель синей малолитражки внезапно нажал на тормоза, избегая столкновения с другой машиной. Завизжали шины, послышались гудки. Ник плавно увеличил скорость, проезжая мимо места чуть не произошедшей аварии.

Он водил машину ттак же, как делал и все остальные, – с инстинктивным пониманием всех элементов схемы, в которой он двигался. Он всегда точно знал, где находился относительно окружающих его объектов. Его ощущение времени можно было назвать совершенным. Это был один из побочных эффектов его психического таланта.

– Есть какие либо еще сообщения? – спросил он.

– Ничего важного, – сказал Физер.

Ник сильнее сжал телефон.

– Мисс Спринг еще не звонила?

– Нет, босс.

– Я буду через несколько минут. – Он резко нажал на отбой.

Она должна позвонить. Он хорошо разбирался в таких вещах. Он знал, что Цинния позвонит. Но он чувствовал, как в схеме что то изменилось. Цинния, оказывается, непредсказуема.

Глава 8

Цинния налила крепкого коф ти в изящную старинную кружку Периода Ранних Исследований.

– Не волнуйся, тетя Вилли, фургон газетёнки «Синсейшен» – единственный, что все еще торчит под окнами. Через день или два они уедут. Интерес к таким новостям быстро проходит.

– Это возмутительно. – Вильгельмина взяла чашку и блюдце с врожденным высокомерным изяществом. – Следует надеяться, что полиция что то предпримет против тех отвратительных и мелких насекомых, которые смеют называть себя журналистами. В мое время они выказывали надлежащую степень уважения к частной жизни. А теперь для них нет ничего святого, включая и таинство личной жизни.

Цинния посмотрела на неё с раздражением и восхищением. Командирские замашки Вильгельмины всегда давали о себе знать в любом обществе. Сидя здесь среди легкомысленной и причудливой утвари Периода Ранних Исследований из коллекции Циннии, она казалась воплощением семейной власти. Цинния должна была признать, что именно тётя Вилли держала бразды правления в семье Спринг.

Крупная женщина с величавыми формами, Вильгельмина попирала все общепринятые каноны красоты. Она была наделена такими решительными и неукротимыми чертами лица, которые сделали бы честь статуе Основателя Первого Поколения.

Упадок и потеря семейного благосостояния Спринг в последние годы только увеличивали ауру непреклонной решимости тёти Вильгельмины. Она была женщиной, имевшей жизненную цель. Она не успокоится до тех пор, пока снова не увидит, что финансовое состояние и положение семейства Спринг восстановлены в прежнем впечатляющем уровне.

– Что касается тебя, Цинния, о чём ты только думала прошлой ночью? Как тебя угораздило оказаться в компании обыкновенного игрока?

– Вообще то, в мистере Частине нет ничего обыкновенного, и у меня сложилось впечатление, что он не играет в азартные игры – Цинния поджала губы. – Но я не поставлю ему в вину то, что он участвует в тщательно проанализированных рискованных сделках.

– Конечно, он игрок. Ради всего святого, он владеет казино.

– Да, но я не думаю, что он вообще играет в какие либо азартные игры. – Цинния сделала глоток коф ти. – Мистер Частин предпочитает держать всё под контролем.

– Если это так, он лишь чуть лучше гангстера.