Ребятишки расползлись по подвалу, отыскивая разнообразные «богатства». Судя по подвизгиваниям Вики, по возгласам парней, нашли что-то стоящее. Может — водку?

Мы остались наедине с Гномом. Мой боевой товарищ прищурил глаз и спросил:

— Комендант, какую ты допустил ошибку?

Мысленно перебрав все действия, сделанные мною и командой, я не вспомнил ничего неправильного. Хотя… «Баран!» — выругал себя, выскакивая наверх.

Фу ты, кажется, обошлось. Следом за мной, не особо спеша, вылез Гном.

— Так-то, господин начальник, — почти весело сказал друг. — Скажи спасибо, что никто не напал. Или попросту не закрыл в подвале.

— Вишь сколько проколов… — хмыкнул я. — Двоих потерял, с подвалом лопухнулся. Зато будет что Ярославу рассказать. Или — Борису? Кому отчитываться станешь?

— Умный… — повел головой Гном.

— Ну ты уж меня совсем-то за дурака не держи. Я же сразу понял, что ты мой экзаменатор.

— Ишь какой самоуверенный, — заулыбался Гном. — Ярослав попросил, чтобы помог тебе на первых порах. Да и к народу надо присмотреться. Тебе доверяют, но…

— Проверяют, — закончил я.

— Именно, — кивнул Гном. — Можно подумать, в отношении кого-то другого сделали бы исключение. Думали, как с Андреем поступить. Он — парень честный. Здоровья, как у быка. Но — не боец. И с Артемом у тебя удачно получилось…

— А почему бы не назначить комендантом тебя? У тебя и опыта больше.

— Опыт, как ты сам знаешь, дело наживное. И потом у меня ведь есть и другие дела. Нужно народ обучать. Думаешь — это последняя группа? Или считаешь, что одна твоя книга людей к нам приводит?

Я так не считал. На «Большой земле» хватало вербовщиков и без меня, а какими методами они действовали — не знаю. Подозреваю, что об этом не знал и Гном.

— Ты когда уходишь?

— Да прямо сейчас и уйду.

— Поторопи Ярослава, чтобы обоз с провизией присылал. Хорошо бы людей. Мы тут в лучшем случае на чернорабочих «тянем». А как двери, рамы делать…

— Будут люди. И плотники, и столяры, и электрики. Обещаю даже пару лесорубов и агрономов — пусть Андрею помогут на ноги встать. Ему в одиночку делянку расчищать — до следующего года не управится.

— Ладно, — шлепнул я его по плечу. — Дуй быстрей. У нас уже продукты на исходе.

— А тушенка? Вам ее на год хватит.

— Ты видел, что на банках дата изготовления — тысяча девятьсот тридцать девятый год? Наверное, для войны с Финляндией делали.

— Так армейская ж тушенка! Что ей сделается? Да еще и во льду лежала! Вон, ученые мамонта из вечной мерзлоты выкопали и съели, а ему десять тысяч лет было…

— Вот ты сам вместе с учёными — хоть мамонтов мороженых, хоть тушенку ешь. А у меня дети. Отравятся. Или понос прохватит? Врача у нас нет, да и некогда, — подтолкнул я Гнома. — Чем быстрее дойдешь, тем скорее обоз пришлют.

— Четыре дня туда, да там дня два, да на обратную дорогу. Хорошо, если дней через десять…

— Это ты ребятишкам будешь «впаривать», — вперил я в него насмешливый взгляд. — Дней через десять… Как же… Ты же не в обход пойдешь, как мы сюда перлись, а по прямой. Часа за два будешь в Цитадели.

— Вот! — обрадовался Гном. — А мы с Борисом спорили — догадается Олег, что их длинной дорогой ведут, или нет?

— И на что спорили?

— На две бутылки «Наполеона».