Из-за рук работник из меня был плохой, а все команды отданы. Решил сходить к озеру, поговорить с русалками. Может, есть какая информация? Заодно спрошу о нашем «фригольдере». Если цверги прошли там, где Андрей решил осесть, шансов у него не было…

На зов, которым обучил меня водяной, приплыла только одна русалка.

— Что нужно? — с явным недовольством спросила барышня. — Спрашивай быстрее.

— Куда-то спешишь? — удивился я. Обычно русалки любят поболтать.

— Да, проблемы у нас, — неопределенно махнула она рукой. — Говорят, карлики появились. Батька говорил, что ты с ними уже встречался.

— Такие встречи… — чуть было не выматерился я, но сдержался, потому что мат действует на русалок как заклинание. Неизвестно, что барышня выкинет: — Я о карликах и хотел поговорить.

— А что говорить? — нахмурилась девушка. — Там, где появляются, ничего не остается — ни живого, ни мертвого. Вы, люди, еще сможете с ними сражаться. А мы… Они лет двести или триста назад объявлялись у нас. Ой, такое было! Где они пройдут — вместо озер лишь болота остаются. А там, где болото — степь… Я сама-то, конечно, их не видела — мала была, но слышала. Кикимор и водяных при одном упоминании трясти начинает. Если увидишь — беги сразу, куда подальше. Один раз тебе повезло — Батька выручил. И то, потому что не знал старый, с кем подрались.

— А если бы знал?

— Ой, не знаю я, — по-бабьи всплеснула русалка руками. — Может, и помог бы. А может — и не помог.

— Ладно, — решил я больше не томить барышню. — Плыви себе. Батьке скажи, что мы сегодня всю ночь с ними воевали.

— Всю ночь, говоришь? — обмерла русалка. — Так потому и костер всю ночь пылал? Значит, они уже здесь… Бежать надо!

Русалка прыгнула в воду и исчезла. Что же это за карлики-цверги такие, что их боятся даже русалки? Этих барышень испугать чем-нибудь сложно. Убить — не убьешь, потому что формально они уже мертвые. Поймать — и в ванну посадить? Так не поймаешь. Высушить речку или озеро? Не смешите… Всегда есть подводные потоки, по которым можно уйти в другой водоем. Значит, карлики что-то могли и умели… А Ярослав говорил, что это обычные разборки нечистой силы.

Только я подумал о «старших товарищах», как услышал крики ребятишек:

— Обоз пришел!

Обоз действительно пришел. Только он очень странно пришел — прямо из воздуха выступали лошадиные головы, тела, груженые телеги, люди. Мои мальчишки и девчонки вроде бы не испугались и не удивились. Похоже, устали удивляться. А я не знал, что такое возможно. Стало быть, в Застеколье свои отношения со временем и пространством.

Первым я увидел Бориса. Старик радостно показал богатство — мешки, коробки, ящики. Но больше всего я обрадовался стройматериалам.

Пришлый, по большей части незнакомый, народ деловито разгружал добро. Моя команда, хотя и выглядела усталой, старательно помогала.

— Ну что, всё выскребли? — весело спросил Борис. — Мы тут всё приготовили. Только собрать осталось.

— Когда и успели? — удивился я.

— Так зачем тебя обходными тропами-то вели? Как раз, чтобы все загрузить, — почесал бороду довольный Борис. — Крепость эту давно собирались обустраивать, а все размеры известны. То, чего тут не хватает — тоже известно. Там, на «Большой земле», в деревнях пилорам навалом, а работы нет.