– Не думаю, чтобы мы нашли здесь что‑нибудь интересное, – резюмировал горный техник, который догадывался о цели обследования пещеры.

– Все может быть.

На девятом повороте эксперт остановился.

– Ну вот, вроде мы на месте. – Он вздохнул.

Техник был довольно грузным мужчиной и заранее предчувствовал тяжесть обратного пути. Полицейский прошел вперед и осмотрел последний, десятый, извилистый поворот дороги. Хотя он и не страдал клаустрофобией, но его почему‑то охватила тоска. По мере спуска ему становилось все жарче в пальто. Захотелось поскорее выбраться отсюда. Чтобы в темноте подняться наверх, им понадобится больше часа.

– Внимательнее смотрите под ноги! – прокричал его спутник.

Полицейский остановился посреди дороги; этот последний отрезок шахты был и наиболее безопасным. Стены цельные и плотные, без опасных ниш. Видны только следы работы ковшей. Пол неровный и почти квадратный, потолок сводчатый. Пещера чем‑то напоминала огромное полое яблоко. Обширное подземное пространство понадобилось для того, чтобы, перед тем как выезжать на поверхность, грузовики с гипсом могли развернуться. Воздух тут был сухой, ведь ноябрьских холодов недостаточно, чтобы шахта промерзла насквозь.

– Попробуйте выключить электрический фонарь и лампочку на каске.

Техник подошел к Мормино и остановился в центре пещеры. Полицейский выполнил его просьбу и очутился в кромешной тьме. Ничего подобного он не испытывал ни разу в жизни.

– Абсолютная темнота, – сказал техник. – Каковы ваши ощущения?

– Ммм… терпимо.

– Это небольшая проверка. Тот, кто в подобной ситуации впадает в панику, не способен работать здесь.

Теперь свет фонаря снова освещал стены. Полицейский зажег лампочку на каске и поднял голову к потолку, но ничего не смог увидеть. Потолок был слишком высокий. Направив на него электрический фонарь, Мормино обнаружил на белой поверхности скалы огромное розовое пятно.

– Что это? – спросил он у эксперта.

Пятно имело форму звезды, не шевелилось и чем‑то походило на двух лежащих людей. В свете фонарей казалось, что пятно пронизано голубыми нитями… словно малиновый мармелад с прожилками, который почему‑то распластался по потолку вместо того, чтобы упасть на землю. Полицейский первым догадался, что это за пятно.

– Нетопыри, – прошептал он.

– Кто‑кто?

– Летучие мыши. Колония летучих мышей в спячке.

– А теперь скажи мне, что ты не стал бы с ней…

По непонятным мотивам, Гоцци остался доволен встречей с издательницей. Выходя из лифта, три представителя профсоюза журналистов пытались подвести первые итоги. У Марко не было ни малейшего желания шутить. Джулио Нашетти, репортер криминальной хроники, молчал. Он старался понять главное – истинные цели Короче, Баллони и Иллюстри, которые, конечно же, не совпадали с заявленными.

– Да уж, с ней я не стал бы иметь дело, – ответил Марко. – Лучше сунуть руку в пасть к пиранье.

– А все потому, что ты видишь в ней исключительно руководителя. Я же смотрю на нее как на женщину, – заявил Гоцци.

– Да, и эта самая женщина только что заявила, что хочет отнять у тебя половину зарплаты.

– Но она не сможет этого сделать.

– В той форме, в какой было заявлено, – нет, но она может поступить гораздо хуже.

– Каким же образом?

– Например, значительно уменьшить объемы издания, чтобы сэкономить, потерять десять тысяч на продажах, запороть баланс и представить план для выхода из критической ситуации.