«Делай со мной что хочешь… Что только придет тебе в голову…»

– Отпусти меня, – попросила она вслух, стараясь четко произносить слова. – Я хочу, чтобы ты отпустил меня.

Его пальцы вновь прошлись по шелку ее колготок, почти не прикасаясь к ней.

– На тебе нет оружия, – объявил он и отошел в сторону. – А жаль.

Гас знала одно: ей следует убираться отсюда, пока он не надумал остановить ее. И пусть у нее еще ватные ноги и как безумное скачет сердце, ей надо спасаться. Молча она одернула юбку и направилась к двери. Гас сразу заметила, что тут что-то не так. Дверь была закрыта, а ведь она помнила, что оставила ее открытой.

Она попыталась открыть ее, но дверь не поддавалась. Они были в западне. Или что-то случилось с дверью, или кто-то запер их здесь. Не веря этому. Гас изо всех сил толкнула дверь руками.

– В чем дело? – спросил Джек.

Теперь Гас навалилась на дверь плечом, но безрезультатно.

Лучше было не думать, во что превратится ее элегантный черный костюм после соприкосновения с гнилым скользким деревом! Дверь не поддавалась, и Гас пришла в отчаяние.

– Она застряла! – невольно вырвалось у нее, и, повернувшись, она бросила ему в лицо:

– Это ты подстроил!

Гас сумела разглядеть в темноте, что он растерянно поднял кверху руки.

– Интересно, как я мог это сделать? Я все время был рядом с тобой.

Пол заскрипел под его шагами. Это он двинулся к ней, обходя встречающиеся на пути предметы, которых здесь было, немало.

Должно быть, он, как кошка, прекрасно видел в темноте.

Теперь он ударил плечом в дверь, и металлические части в сбруе, висевшей на крючках, отозвались тихим звяканьем.

– Она закрыта на засов снаружи, – сказал он. – Кто-то запер нас. Но здесь должен быть еще один выход.

– Его здесь нет, – объявила она. – И окон тоже. Нам придется рубить дверь топором.

– Разве в конюшне нет интеркома?

– Есть, но не в шорной. А свет здесь есть, на стене позади тебя.

Он нащупал выключатель после некоторых поисков, потянул ржавую цепочку, отозвавшуюся скрежетом, и тесная комната с седлами и уздечками на стенах и прочим конным снаряжением осветилась тусклым светом лампы на потолке под пыльным стеклянным абажуром.

– Что было в той записке, которую прислали с цветами? – спросил он. – Может, она подскажет нам, кто это все подстроил.

– В той записке? – повторила она.

Гас не хотела открывать ему, что в ней было. Как не хотела говорить и о том, что случилось этим вечером, включая ссору с Робертом и постоянное ощущение, что кто-то за ней следит.

Роб не сумел снять с себя подозрение, и, вполне вероятно, именно он запер их здесь. Но зачем?

– Тебе не кажется, что за нами следят? – спросила Гас.

– Очень возможно.

Он быстро обыскал комнату, осмотрел стены и дверь. Потом занялся седлами и прочим снаряжением для верховой езды.

Похоже, он искал, нет ли здесь подслушивающего устройства, но ничего не обнаружил.

– Здесь чисто, – объявил он наконец. – Так как насчет записки? Кто ее прислал?

– В ней ничего не было, только какая-то глупая шутка.

– Так кто же все-таки прислал цветы?

Гас пожала плечами, но съежилась под его взглядом. Она знала, что его взгляд может стать пронизывающим, как алмазный бур.

– Я не знаю, кто ее прислал, – повторила она.

– Ты не очень-то разговорчива, – отметил он.

– Ладно, – вздохнула Гас.