– Ты не узнала меня и в образе Взрослой, – фыркнула демонесса.

– Да, это уж точно.

– Скажи, – промолвила Гвенни, глядя на демонессу с прищуром, – как может Хамфри доверять тебе, если у тебя нет души?

– Демонам вполне можно доверять в тех случаях, когда они делают то, что им подходит. Мой муж прекрасно знает, что когда у меня имелась душа, я любила его, а когда потеряла душу – покинула. Мне стало скучно.

Сейчас мне снова интересно, и пока не станет скучно, я буду вести себя так, будто у меня есть душа. А если нарушу правила и поведу себя бездушно, то тут же уступлю место следующей по списку жене.

– А что с твоим сыном? – поинтересовался Че.

– Сынишка мой, полудемон Дафри родился аж в 954 году, сто тридцать семь лет назад. Он вырос, женился на обычный человеческий манер, завел собственного сынишку, а потом передал свою душу своему отпрыску и бззззз.., исчез. С тех пор я потеряла с ним связь.

– 954 год – это что, дата? – спросила Дженни.

– Конечно, – сказал Че. – Разве ты забыла уроки истории? Нынче у нас 1091 год с Первой Волны.

– Наверное, я забыла, – вздохнула Дженни, – должна признаться, что я всегда путалась с цифрами и числами.

– Ничего, – усмехнулась Дана. – Когда тебе придется отбывать годичную службу моему мужу, ты живо научишься считать дни.

– Может, и научусь, – вздохнула Дженни, которая, предпочла бы остаться с Гвенни, Че и кентаврами. Но деваться было некуда, тем паче что она сама напросилась задать Вопрос за подружку.

– Ну что ж, – сказала Айви, – ты можешь предстать перед Добрым Волшебником.

– А остальные? Им можно пойти со мной?

– Можно. Но права задавать Вопросы у них нет.

По винтовой лестнице Айви отвела их в маленькую, битком набитую всякой волшебной всячиной комнатушку, где перед ужасающих размеров книженцией сидел маленький, похожий на гнома человечек. На вид ему было лет сто, хотя Дженни знала, что в действительности он старше, а будучи обладателем эликсира молодости, может находиться в том возрасте, в каком пожелает. Видимо, вековой рубеж его устраивал: ветер в голове уже не гуляет, а песок еще не сыплется.

– Итак? – сердито буркнул Хамфри, оторвав взгляд от фолианта.

– Спрашивай, – шепнула Айви.

– Г‑где мы можем раздобыть пару контактных линз для Гвендолин, чтобы она…

Ей показалось, будто волшебник нахмурился, хотя физиономия его была столь морщинистой, что судить об этом с уверенностью было трудно.

– В настоящий момент в наличии имеется всего одна пара, но и с той могут возникнуть существенные проблемы.

– Но если она их не добудет, тоже могут возникнуть существенные проблемы.

– Во‑первых, попытка раздобыть их сопряжена с опасностью…

– Если она их не получит, ей тоже будет грозить опасность.

– Во‑вторых, они находятся Сонном Царстве.

– В тыкве? Но…

– Они предназначены для использования ночными кобылицами со слабым зрением. Отсюда вытекает третья проблема. Надевший их видит сны так, как видят их кобылки‑страшилки – Ну, какая тут пробле… – начала было Дженни, но тут же осеклась. – И дурные тоже?

– Все. Включая нарушающие Заговор взрослых.

– Ой! – пискнула стоявшая позади Гвенни.

Теперь многое прояснилось. Гвенни не могла пользоваться этими линзами, не будучи посвященной в Тайны Взрослой Жизни. Предвидя это, Добрый Волшебник организовал встречу со Взрослой: он вынужден был пойти на хитрость, поскольку не имел права просто взять и рассказать всю правду, нарушив тем самым Заговор.