Харкотт ее опустил и смутился.

– Я в кухне был, тарелки эти проклятые отмывал. Надолго чистыми не останутся, но я подумал, может, хоть на первый день. Ты чего хотел-то?

– Ты иди, – сказал Шкет. – Кошмар у нас клоун. Да, и мусор вынеси, ладно?

– Я и собирался. – Глаза Харкотта вопросительно метались между ними двумя. Затем он вперил взгляд в пол, переступил с ноги на ногу, что-то буркнул и ушел.

– Ты чё хочешь сказать – не в курсах, из-за кого у Харкоттика шрам на животике? – осведомился Кошмар; и пальцем щелкнул по орхидее у Шкета на шее. Орхидея клацнула и забренчала цепями.

Миновали секунды безмолвия; Кошмар в напускной досаде потряс головой и театральным шепотом пояснил:

– Это тот браток, которого ты порезал, когда они с Флинтом и Саламандром измудохали тебя возле Калкинза! Ты чё, правда не в курсах? – На его смешливый выдох «Ха!» оглянулись минимум двое скорпионов в прихожей. И отвернулись. Одна, чернокожая женщина, доской забивала в стену гвоздь. – Говорят, ты тоже иногда подраться не прочь. Типа, тебе временами башню сносит. Ну, я им сказал, чтоб за тобой поглядывали, ага? У Шкета башка получше вашего варит, мудачье, – вот как я им сказал.

– Рад, что у тебя такое мнение, – сказал Шкет. – Ты-то останешься?

– Я? – Кошмар большим пальцем подхватил цепочные кольца на груди. – Останусь ли я? С этими нищебродами? – Палец заходил туда-сюда. Цепи зазвенели. – Ёпта!

– А Леди Дракон?

– Да мы с ней никуда не деваемся. У Леди Дракон раньше банда была, сплошняком черные, в конце Джексона. Где Камберленд-Парк, знаешь?

Шкет кивнул.

– Крутые прям зверски. То есть ну блин… – Кошмар снова заглянул в гостиную, перешагнул порог.

Шкет вошел следом.

На столе в углу кипой лежала дюжина «Медных орхидей».

– В тех краях надо ухо востро, – сказал Кошмар. – Голодно в тех краях, я вот о чем. Как водопровод прорвало, настал как бы ужас. У меня двух знакомых в тех краях уже пришили. Вчера. А позавчера еще кого-то.

– Я слыхал, оттуда почти все разъехались.

– А кто остался, хочу тебе сказать, – они весьма, сука, странные. У Леди Дракон в тех краях гнездо. Крутая она все-таки.

– И ты правда все это отдаешь мне?

– А мне оно не надо. – Кошмар хмуро просверлил взглядом стол.

– Почему?

– Спрашивал уже.

– И еще раз десять могу, сука, спросить! Пока не услышу ответа.

– Я ж говорю: мне просто любопытно…

– Мне! Почему мне? – (Три скорпиона, как раз проходивших через гостиную, на них не посмотрели – и очень старательно.) – Ну кончай, Кошмар. Поговори со мной.

– Ну… ты приходишь. – Кошмар развернулся и присел на край стола. – Уходишь. Ты стильный весь такой. – Он отбросил волосы с лица. – И шизик. Говорят, ты даже не в курсах, кто ты есть. Меня не парит. Мне тоже будет не по кайфу, если кто станет расспрашивать, что за Ларри Х. Джонас был такой, пока тут не нарисовался… Но то и дело ты вдруг опа – и ебанутый какой-то храбрец. – Кошмар взялся за край стола. – Я-то не храбрый. По мне, кто храбрый, тот дурак. Я просто не настолько сегодня в космосе, чтоб не помнить, чё делал вчера, – о тебе вот этого не скажешь. По-моему, я только потому и стал боссом. – Он пожал плечами. – А теперь валяй ты. Не хочешь – скидай цепи, сверни в узелочек, зашвырни в озеро Холстайн и поди найди, чем еще заняться.