— Мы запряжем пони в тележку.

— А можно я буду править? — спросила Рэйчел.

Джэнет сначала хотела оставить Рэйчел с Колином, зная, что она всему предпочтет роль маленькой мамы, но потом решила взять всех.

— Конечно, дорогая.

— А щенок может поехать с нами? — поинтересовалась Аннабелла.

— Наверное, и котенку, и щенку пора немножко отдохнуть, — мягко возразила Джэнет.

— Но священнику они понравятся!

— В другой раз, — решила Джэнет, представив себе тележку с младенцем, щенком и котенком.

Глаза девочек засияли в предвкушении поездки. Они все любили священника Тимоти Макквина, который умудрялся со всеми сохранять добрые отношения — отчасти потому, что был поглощен своими учеными занятиями. Это он помогал Джэнет в разных мелочах и снабжал ее книгами тайком от Аласдэра, что было довольно смелым поступком. Человек уже не первой молодости, Тимоти жил вдвоем со старушкой-матерью и был полностью зависим от владельца Лохэна. Сам он никогда ни о чем не просил ее покойного мужа. Несмотря на робость и стеснительность, Тимоти был хорошим человеком и нравился Джэнет. Она знала, что ему хотелось бы быть смелее и защищать права своей паствы, но с годами он утратил волю к сопротивлению. Совсем как она.

Когда они подъехали к его дому, Тимоти был в саду. Увидев, кто прибыл, он улыбнулся, подошел к тележке, взял на руки Аннабеллу и, покрутив в воздухе, поставил ее на землю. Потом наступила очередь Рэйчел. Наконец Грэйс вручила ему Колина и вылезла из тележки самостоятельно.

— Чему я обязан удовольствием видеть вас? — спросил он Джэнет, лучезарно улыбаясь.

— Хотела бы взять у вас на некоторое время несколько учебников. — Тимоти исполнял не только обязанности священника, но и учил грамоте деревенских детей. — Грэйс просто пожирает их.

Немного слезящиеся серые глаза Тимоти внимательно вгляделись в Джэнет.

— Моя матушка испекла печенье, — сказал он девочкам, — и она будет очень рада вас угостить. Девочки колебались. — Идите, идите, — разрешила Джэнет и взяла Колина на РУКИ.

Больше заставлять их не потребовалось. Как только дети скрылись за дверью дома, Тимоти повел Джэнет в церковь и усадил на скамью.

— Что случилось, миледи? Какая-нибудь неприятность?

— Думаю, что Реджинальд изо всех сил старается добиться опекунства над детьми.

Тимоти огорчился. Его лояльное отношение ко всем прихожанам подвергалось испытанию.

— Да, я слышал кое-что об этом. Джэнет с трудом сглотнула.

— А суд может предоставить ему это право?

— Суд делает все, что прикажет герцог Камберленд, — печально ответил Тимоти.

— Но я не могу позволить Реджинальду и его матери завладеть моим сыном!

Тимоти беспомощно пожал плечами:

— Господь милосерден, он защитит вас.

— Господь бог забыл о Шотландии много лет назад, — с горечью возразила Джэнет.

— Вы не должны терять веру, миледи.

— Но сначала я увезу своего сына.

— А девочки? Вы им тоже нужны.

— А если я умру?

Глаза Тимоти испуганно расширились.

— Что вы имеете в виду?

— Мне кажется, кто-то хотел убить меня прошлой ночью. И она быстро рассказала ему о том, что видела темную фигуру на сторожевой площадке.

— А может, это была просто тень?

— Нет. Я точно знаю, что мне не померещилось. Лицо Тимоти омрачилось.

— Не знаю, что вам и посоветовать, миледи. Не может ли кто-нибудь вам помочь?

Джэнет уже собралась ответить отрицательно, но вспомнила лицо Реджинальда и внутренне содрогнулась.