Да-а-а…

 В общем, мы с Наташей лежали, раскинувшись, на тахте и пялились в телевизор. Там показывали какой-то конкурс красавиц. На огромной сцене тусовались длинноногие девки с круглыми номерами на бедрах.

 Они с надеждой смотрели в сторону жюри и улыбались так счастливо, будто у них вырезали весь мозг, оставив только центр удовольствия. Я нажал на кнопку пульта, и на экране вместо этих глупых длинноногих куриц показался «Боинг», врезающийся в одну из башен Торгового Центра.

 Прошло уже почти два года, а этот кадр появлялся на экранах снова и снова. Диктор за кадром говорил что-то по гречески, а кадры катастрофы тем временем сменились самодовольной полуулыбкой Бен Ладена, который, благодушно глядя в объектив любительской камеры, благостно молчал.

 То, что я увидел в телевизоре, напомнило мне, что жизнь, к сожалению, состоит не только из удовольствий. Я вздохнул, убавил звук до минимума, и, взглянув на Наташу, сказал:

 - Ну что, боевая подруга моя, а не пора ли тебе рассказать мне, как ты докатилась до жизни такой?

 - Это до какой же?

 - А до такой, что побеги устраиваешь, не даешь человеку спокойно сгинуть в темнице… Давай колись. Расскажи мне увлекательную и потрясающую историю о том, как ты все это устроила. Думаешь, мне легко было молчать об этом столько времени?

 Наташа самодовольно улыбнулась, и в ее глазах появилось мечтательное выражение.

 - Ну, давай рассказывай, - не отставал я.

 - Ладно, - смилостивилась она, - только достань еще пива, а то это уже закончилось.

 И действительно, шесть маленьких бутылочек по триста тридцать граммов были уже пусты. Я, кряхтя, поднялся с тахты и, подойдя к холодильнику, вспомнил о своих недавних размышлениях по поводу разнообразия секса.

 Открыв холодильник, я повернулся к Наташе и спросил:

 - А ты знаешь, где мы еще не трахались?

 - Знаю, - ответила она.

 - Ну и где же?

 - На ветряке. Это самая высокая точка острова.

 Это еще не приходило мне в голову и, одобрительно кивнув, я сказал:

 - Неплохо, неплохо. А вот меня чем-то холодильник привлекает. А?

 И вопросительно посмотрел на нее.

 - Тоже ничего, - согласилась она.

 - Попробуем?

 - Попробуем. Но сначала - ветряк.

 - Договорились.

 Я достал пиво и снова завалился на тахту.

 Мы приложились к бутылочкам, которые закрывались белыми фаянсовыми крышками на проволочных петлях, и Наташа начала свое повествование.

 Слушая ее неторопливый рассказ, я понял, что недооценивал ее шпионские способности, которые с появлением у нее крупных, и я бы даже сказал - очень крупных - денег, проявились во всей красе.

 То, что происходило после Самары с ней лично, не заслуживало особого внимания, зато тот факт, что и на фазенде Стилета, и в конференцзале «Балтийского двора», облюбованного криминалитетом под сходняки и терки, появилось множество дорогостоящих подслушивающих и подсматривающих устройств, был весьма замечательным и важным.

 Наташа узнала, что Стилет и компания решили либо завалить меня, либо укачать на крупную сумму денег, а потом все равно завалить. Но сначала все-таки попробовать выдавить из меня сколько можно.

 Но на этом так называемом сходняке, который на самом деле был просто вымогательской стрелкой, я неожиданно для всех повел себя крайне резко и, хотя и согласился дать денег, но своими вызывающими манерами обозлил их и подтолкнул к тому, чтобы просто избавиться от геморроя по имени Знахарь.