Потерпевший частник выбрался на шоссе и побрел в сторону поста ГАИ. Не повезло мужику.

* * *

Связанного адвоката перебросили из угнанной машины в крытый «уазик» и повезли дальше. Он лежал на грязном полу и улыбался. Минут через десять машина затормозила, в темный салон залез шофер «уазика» и развязал его.

— Что скажешь, Илларионыч? — спросил Могила, помогая ему подняться на ноги. — Все нормально?

— Отлично сработано, Жора. Самым слабым звеном в деле был Шестопал. Я боялся, что он на радостях будет настаивать добросить меня до аэропорта. Но твой таксист вовремя подскочил. У частника осталась моя визитная карточка. Через час в ментуре будут знать о похищении и угоне.

— А если они нагрянут к тебе домой?

— Там никого нет. Я одинокий человек. Санкцию на обыск они получат не раньше чем через трое суток, если я не найдусь или за меня не потребуют выкуп. Завтра к полуночи пошлешь двух придурков ко мне домой. Взломщик там не нужен. Замок ногтем открыть можно. Марка лежит в конверте, в сорок седьмом томе Большой Советской Энциклопедии. Картины сложены в коробе от холодильника. Пусть наденут на себя рабочие спецовки. Приедут на «Газели». Работать надо тихо. Мебель разломают по щепкам, матрасы вспорют: картины вроде бы по ходу дела взяли, а искали марку. Нужно и подушки растрясти. Когда погрузятся и отъедут кварталов на семь-восемь, их догонит черный «Лексус», номер машины 328. Марку передадут женщине, сидящей за рулем, а картины пусть везут в твой гараж. С ними потом разберемся. Но пока ребята не будут уверены, что дело сработано чисто, к «Лексусу» не подходить. Бабу впутывать в дело нельзя. Да и подробности ей знать ни к чему. Она мой курьер. Мы с тобой встретимся на кладбище послезавтра в шесть утра. В этот же день и офис брать будешь. Надо вдарить по колоколам со всех сторон.

— Понял, Илларионыч.

— До встречи.

Адвокат вышел из «уазика». Стоявшая в нескольких метрах от него машина мигнула фарами. Довольный сегодняшним днем, Добронравов направился к ожидавшему его автомобилю.

* * *

Давид Илларионович не радовался бы так, знай он, что в тот момент, когда он входил в ресторан «Якорь», в его квартире были люди, вовсе не предусмотренные его гениальным планом.

К дому подъехала «Газель». Сначала из кабины вышел молодой человек. Он вошел в подъезд, поднялся наверх и позвонил в дверь. Ответа не последовало. Он выждал некоторое время, достал ключи, открыл дверь. Сделав обход, усмехнулся. Тара, которую он заготовил, ему не понадобится. Тут все грамотно упаковано. Картины вместе с рамами аккуратно уложены в обшитый досками короб от двухкамерного холодильника.

— Молодец Додик, позаботился! — сказал Борис, подошел к окну, открыл его и махнул рукой.

Возле машины стояла Вероника и наблюдала за окнами.

— Давай мужиков сюда. Ящики не нужны.

Слишком нагло, слишком открыто. Грабители так себя не стали бы вести. Глянуть со стороны — ничего особенного. Да и на дворе еще не стемнело.

Ника с двумя парнями пошла наверх. Путь был свободен.

Хозяин квартиры пил «Хванчкару» со своим деловым партнером и улыбался. Пока он рассуждал о дефолте, в его квартиру пожаловал еще один незваный гость.