— А Сережа где? — спросил Скрипач. Сережа был сын Дорохова, первый, а Юра, с которым они уже успели познакомиться, был его внуком.

— Давно во внешке живет, — Дорохов помрачнел. — Двадцать лет его не видел… ладно, не надо про это. Жизнь идет, всякое бывает.

— Вот это точно, — Скрипач, кажется, уже успокоился. — Что верно, то верно.

Ит решил, что вполне можно встать — чувствовал он себя вполне сносно. Памятуя о том, что Фэб не очень любит, когда больные проявляют самостоятельность и сами себе снимают подключение, он тихонько позвал:

— Ребят, подойдите, кто-нибудь, помогите порт снять.

Знал, что услышат — и не ошибся. Через минуту пришел Скрипач, споро скинул оба подключения, потом приложил палец к губам — молчи, мол, затем указал глазами на стул — одевайся — а затем на дверь, мол, жду снаружи. Ит быстро оделся, отметив про себя, что голова начинает кружиться, если двигаться слишком резко, и встал. Нормально. Главное, не торопиться.

— Час, не больше, — не открывая глаз, произнес Фэб. — Через час обратно, лежать.

— Хорошо, — кивнул Ит. — Ты еще поспишь?

— Да, еще полчасика… — Фэб зевнул. — Или часик… Если кто-нибудь на обратной дороге захватит мне чаю с сухариком, буду очень благодарен.

Ит усмехнулся. Присел на корточки рядом с Фэбом, погладил по голове.

— Спасибо, — шепнул он. — Извини, что я… вот так…

— Ерунда, — Фэб снова зевнул. — Всё в порядке.

Он недоговорил. Ит еще раз провел рукой по его волосам, поправил подушку, и тихо вышел из комнаты.

— Рыжий, а сколько времени? — спросил Ит, когда они вышли в большой общий холл. — Какое-то странное ощущение…

— Какое? — поинтересовался Скрипач.

— Что я выспался.

— Час дня. Что выспался, это хорошо. Одобряю. Но можно было еще поспать.

— Прости, но вы так орали, что не проснуться было невозможно, — заметил Ит. — Ладно. Давай, начинай.

— Что начинать? — не понял Скрипач.

— По шее. За доски.

— А смысл? — Скрипач хмыкнул. — Сначала-то я, конечно, был готов тебя пришибить по второму кругу, но потом подумал — а мы что, лучше? Поверь, каждый из нас поступил бы так же. И вообще, нашей ошибкой было то, что мы не посмотрели прогноз заранее, и не поняли доски наверх сразу. Сами. Предупреждение весело трое суток.

— Да? — удивился Ит. — Черт… слушай, с этим надо что-то делать. А то мы, как мне кажется, выпадаем из реальности.

— С этим уже делается. Петр Алексеевич… а, ладно. Сам увидишь. Пошли в кухню, поговорить надо.

В огромной кухне было оживленно. За столом сидели Юра и Дорохов, и что-то обсуждали. Перед ним лежало несколько исчирканных листов бумаги и миска с помытой, но еще нечищеной картошкой. Около мойки колдовали Аля и Берта, при ближайшем рассмотрении оказалось, что они в четыре руки нарезают ветчину, по всей видимости, для салата. Посреди кухни стоял большой манеж, заваленный байковыми пледами и подушками. В манеже сном праведников спали Ванечка и Даша.

— О, нашего полку прибыло, — обрадовался Петр Алексеевич. — Ну, чего? Отоспался?

— Да, спасибо, — Ит улыбнулся. — Более чем.