— Сука какая, — с отвращением проговорил генерал.

— Нет, — Кир вздохнул. — Не всё так просто. Федор Васильевич как раз пытается помочь, но официальная дала ему возможность работать с нами только на таких условиях. И следит, конечно, тоже официальная. Тут бюрократии столько, что сам черт ногу сломит.

— Ну и хрен с ними, пусть следят, — вдруг оживился Дорохов. — Пусть видят, что своих мы не бросаем. А за верхи не волнуйтесь, — он засмеялся. — Вершки без корешков не бывают… Вот чего. Пока что у нас поживете, а мы подумаем, как вам с домом определиться побыстрее.

— У нас денег нет, — напомнил Скрипач.

— А вот надо, чтобы были. Всё, нишкни, рыжий. Поможем. Ну куда это годится-то? Этот весь нашинкованный, как капуста, вы тоже все хороши… Вот куда тебе, беременной, да еще по второму кругу, так жрать, а? Эти все скелеты, анатомию изучать можно, и ты тоже как дрищ сама. Альку видели? Во какая баба должна быть, чтоб рожать нормально. А не доходяга. Ну Ит вообще хороший совсем… про это не говорил никто. Чего с ним сделали, что он в таком виде?

— Он в нормальном виде, просто надо долечиться сначала полностью, а потом сделать пластику, — объяснил Кир. — Сетка оставлена только как маркеры…

— Какая сетка?

— То, что выглядит как шрамы. Это не шрамы, это на самом деле зоны доступа, — объяснил Кир. — Если, не дай бог, надо будет оперировать, то зону через доступ открыть горазд проще, чем оперативно. Почти бескровно, безопасно по биологичке. Скорее всего, через год можно будет снимать.

— А почему этих зон столько?

— Потому что была замена почти всей остео системы слева на эндопротезы. Его расстреляли на выходе из портала.

— Етить колотить… все кости?

— Большая часть.

— И он с этим вот всем таскал доски?

— Таскал. И любой бы из нас тоже стал бы таскать! — Кир явно рассердился. — Мы на эти доски все деньги грохнули, которые от ремонта остались.

— Какого ремонта?

— Ну, нам разнесли квартиру. Мы смогли за год немножко накопить, и Джессика подкинула, она сумела отложить денег, пока Ри болел, — принялась терпеливо объяснять Берта. — В общем, там сейчас ремонт, стены делают заново, окна ставят, двери, проводку восстанавливают. Потом нужно будет отциклевать полы… ну и всякие мелочи, типа подоконников и прочего. Мы на лето переехали сюда, потому что там с Дашкой сейчас быть невозможно, как вы понимаете. Всё было нормально, пока эта гроза не началась. Ну и вот…

Дорохов несколько секунд молчал, а потом принялся хохотать.

— Чего тут смешного, не пойму? — обиженно спросил Скрипач.

— Ой, мама… ой, не могу… ну, цирк на выезде… Ой, Ольшанская, уморила… Бабы-мужики, вы ж чеканутые на всю больную голову… А крышу, небось, сами делали?

— Конечно, сами, — неприязненно ответил Скрипач. — Первый этаж у дома вполне живой, но его нужно закрыть, и…

— Уф… ладно, проехали… Не, правильно я вчера «прекрасную маркизу» вспомнил, — Дорохов уже успокаивался. — «Ни одного печального сюрприза, за исключеньем пустяка». Вот чего. Идите оба за шмотками, чего у вас там есть в этом сарае. Пока что поживете у нас. А вечером я мужиков соберу, покумекаем, что можно придумать. Тем более что пятница, как раз все приедут. Прямо чуяло мое сердце, что тут снова какие-то дела творятся, — произнес генерал, понизив голос. — Я ж полтора года дома не был.