Дом Марты на Терре II стоял у подножия изрытой эрозией горной гряды. Он находился на склоне ниже старой обсерватории, кое-как реставрированной ее отцом. Это был деревенский особняк, находившийся в крайней стадии упадка. Марта не переставала мечтать о том, как отремонтирует дом, будет жить в нем, вдыхать чистый воздух и пить чистую воду. Это было ее заветным желанием.

Но обладая даром Сесиль, она не пожелала бы быть эгоисткой. Восстановив свой дом, она продолжала бы работать над возрождением всей планеты и открыла бы ее для тщательно отобранных поселенцев, а в худшем случае позволила бы туристам посещать ее. Все же Терра II была для человечества вторым домом.

В то время, когда Одиночку больше всего беспокоили возможные побочные эффекты облучения, Марта уже успела вбить себе в голову, что должна рискнуть. Она не видела в Сесиль и Ля Кониусе никаких нежелательных последствий и хотела воспользоваться своим шансом, уверенная в том, что заслуживала стать суперсуществом не меньше других.

- Это несправедливо! - жаловалась она Джону.

- Не знаю,- сомневался тот,- я целиком и полностью доверяю мнению Одиночки и в настоящий момент склонен последовать его совету.

- А что, если сияние исчезнет совсем, и мы упустим свой шанс?

Она знала Джона достаточно хорошо. Их связь длилась уже три года. Еще раньше, когда они осознали, что взаимное влечение грозит перерасти в постоянство, они решили сначала закончить работу, необходимую для получения ученой степени, и только потом создать семью. Перед ними возникали проблемы, не последней из которых была проблема выбора места жительства. Джон хотел жить и работать на своей родной планете среди других художников. Он мечтал оставить заметный след в изобразительном искусстве. Марта же хотела остаться на своей Терре II, но сейчас эти разногласия не имели значения.

- Джон, у тебя есть реальный шанс стать величайшим художником галактики! - воскликнула девушка.Ты хочешь упустить его только потому, что Одиночке мерещатся побочные эффекты?

- Ты знаешь, какую струну задеть в моей душе...

- Мы с тобой остались единственными, кто не обладает каким-нибудь особым талантом. У старых землян он был и есть, у Сесиль и Ля Кониуса теперь тоже есть. А мы с тобой? Чем мы хуже других?

- Тебе не приходило в голову то, как спокойно мы воспринимаем последние довольно-таки странные события? - Джон был очень серьезен.- Мы не особенно удивились, когда Сесиль принялась творить чудеса, мы только пожали плечами, когда Ля Кониус взялся отделять железо от пустой породы и извлекать его на поверхность. Иногда я недоумеваю, следует ли мне бояться Сесиль или нет. Но я вижу восстановленный ею город и принимаю все как должное. Почему?

Марта пожала плечами:

- Мы все еще в здравом уме и достаточно взрослые, чтобы принимать то, что мы видим собственными глазами.

- Никто, даже Одиночка, не поинтересовался, что происходит с теми, кто не подвергся облучению, то есть с нами. Мы изменились. В мешке 20 планет, и они уже давно мертвы, и мне кажется, будь мы нормальными, мы бы все бросились отсюда прочь, взывая о помощи. Если мы не жертвы массовой галлюцинации, у нас есть реальные доказательства того, что люди, населявшие эти миры, были красивы и талантливы. У них было все, но они умерли. Мне кажется, что нужно ответить на множество вопросов, прежде чем позволить Сесиль и Ля Кониусу продолжать свои эксперименты, и прежде чем мы с тобой искупаемся в лучах сияния.

- Ответы на все вопросы может дать только сияние.

- Сесиль была счастливым созданием, смешливой девчонкой, душой компании. Она наслаждалась жизнью! Когда ты в последний раз видела улыбку на ее лице?

- То Сесиль,- возразила Марта.- Я же сделаюсь счастливой богатой женщиной и надеюсь, что смогу нужным образом использовать волшебные способности, которыми облагодетельствует меня сияние. Я не улечу отсюда, пока не получу свое.

- А я никогда не воспользуюсь хитростью, как это сделал Ля Кониус,сказал Джон.