То ли Боне было глубоко плевать на мнение «родственников», которых он никогда не видел, то ли обида на наглого вампира пересилила здравый смысл…

«Драколич» окутавшись всполохами некротической магии, прищурился и с утробным рокотом начал медленно обходить вампира, не сводя с того полыхающих злобой глаз.

«Шмяк!» — разлетелось о морду Бони ещё одно яблоко, запущенное со скоростью пушечного ядра.

— Ах ты ж говно такое, посмотрите-ка, — восхитился Хассараг, когда Боня, крутнувшись на месте, как деревянный волчок, резко гребанул задними лапами в сторону вампира, сдирая верхний слой камня, будто старые обои. — Ну больно же, — не ожидавший подобного вампир, потёр грудь, куда угодил один из немаленьких осколков. — Говорю же, как собака себя ведёшь! Ну вот что тебе стоит, а? — жалобно прокричал вампир, прыгнувший в сторону стены. Когти проскрежетали по вековому камню, а Хассараг, словно мотогонщик в огромном шаре, начал нарезать круги вокруг яростно вертящегося «драколича», который меткими плевками яда пытался выцелить метавшуюся тень.

— Злой ты, — пожаловался вампир, уцепившись одной лапой за балку перекрытия. Легко подтянувшись, он примостился наверху, продолжая укорять «драколича». — Ну вот чего ты, а? Я ж не ругаться сюда пришёл, а с тобой, скотиной, общий язык найти.

Снова обиженно взревев, Боня не придумал ничего лучше, как повторить манёвр вампира, забравшись наверх по стене. То ли «драколич» отлично разбирался в строительном деле, то ли просто понимал, что, взлетев — он лишится маневренности, но даже ловко карабкаясь по стонущим стенам, хитрая ящерица умудрилась не задеть ни одной балки, чтобы не обрушить свод Главного Зала Храма Двалина.

— Ты больной что ли? — удивился Хассараг, когда одна из стен, дрогнув, начала сползать вниз, увлекая за собой тушу Бони, не успевшего перескочить на более крепкий участок. — Не, думать — это явно не твоё! — вздохнул он, серым смазанным движением перемещаясь вниз. — Слушай, — пришла Хассарагу в голову идея. — Пойдём выйдем. В город: там места побольше. А то ты здесь своей жопой всё к демонам развалишь, пока будешь резвиться!

Помахав ручкой Боне, который с диким обиженным рёвом продолжал выбираться из-под груды камня, он попытался выйти через центральную дверь, которая через несколько секунд должна была значительно увеличиться в размерах после одной нервной туши.

— Не понял, — ткнув рукой в прозрачную плёнку на месте двери, он принюхался. — Что за ромалские фокусы?

— Если б ты знал, как же ты меня достал, — устало вздохнул появившийся мужчина. Небрежный взмах бледной холёной ладони, и всё вокруг застывает, повинуясь божественному желанию. Всё, кроме медленно приближающегося Бони.

Не изменяя своим привычкам, Танатос был облачён в тёмный костюм, отутюженный вид которого заставил Хассарага восхищённо цокнуть языком.

— Красавчик, — обойдя вокруг Танатоса, резюмировал вампир. — Костюм просто огонь. На заказ шил? Адрес не подскажешь?

— Будь добр, прекрати паясничать, — поморщился бог. — Стыдно смотреть, когда ты ведёшь себя, как шут на торжище. У нас уже есть один, так что…

— Ну, до вашего мне далеко, — хохотнул Хассараг, опасливо покосившись на подобравшегося почти вплотную «драколича», посматривавшего на вампира с гастрономическим интересом. — Будь богом — угомони Боню.

— Его зовут Баадонтус. Не Боня.

— Ну, я так и сказал, — удивился вампир. — Баадонтус, Боня… Какая к демонам разница?

Видя, что разомлевший «драколич», которого Танатос небрежно почесал за ухом, не спешить на него нападать, распластавшись на каменном полу, вампир расслабился.