— Любит Эли?

— Да, — засмеялась Мейв. — Мейв любит Эли.

«Я пока не могу наказать твоего отца за то, что он сделал с нами, Эли, любовь моя, но я до него доберусь!»

Вернувшись в комнату для гостей, мисс Уиттакер услышала, как Мейв поет Эли. Она пела песни, которые никогда раньше не вспоминала. Где она их узнала? Кто их пел ей? Ведь у Мейв никогда не было матери.

— Эли пора обедать.

— Не могла бы я остаться вместе с ней?

— Я уверена, что вы не захотите помешать нормально пообедать другим детям, мисс О'Коннор, — вежливо ответила мисс Уиттакер.

Мейв хотелось настоять на своем, пустить в ход авторитет патронессы данного учреждения, но она взяла себя в руки. Эли увела молодая воспитательница.

— Я еще приду навестить Эли, — сказала Мейв и добавила: — Теперь, когда я живу в Нью-Йорке, я буду сюда часто приходить. Вы должны понять, что этого хотела моя тетка. Я весьма заинтересована в хорошей работе вашего дома. — Мейв улыбнулась женщине, которой явно не слишком понравилось то, что она сказала. — Я смогу вам во многом помочь, мисс Уиттакер. Вот увидите, — добавила Мейв радостно.

— Я не знала, что вы теперь живете в Нью-Йорке.

— Да, я, видимо, буду здесь завтра. У меня есть подарки для Эли, я забыла их сегодня принести, а также подарки для всех детей.

Мейв уже выходила, когда ее окликнула мисс Уиттакер.

— Вы забыли свой жемчуг, мисс О'Коннор. Я уверена, вы не собирались оставлять его Эли.

— О, я хочу, чтобы вы отдали это ей. Я подарила жемчуг Эли. — Она увидела недоуменное выражение на лице мисс Уиттакер. — Это не настоящий жемчуг. Я купила его в дешевой лавочке!

Крисси широко открыла дверь.

— О, Мейв, почему ты не предупредила, что приедешь? — Тут она обратила внимание на растрепанный вид подруги. — Я все поняла. Ты прилетела на метле!

— Спасибо. Ты не предложишь мне выпить?

— Конечно! Тебе это просто необходимо.

Крисси подошла к бару и достала бутылку, бокалы и лед.

— Что тебе приготовить? Скажи. Я могу смешать все что угодно. Не зря меня называют барменша Марлоу!

— Как насчет стаканчика белладонны?

— Так все плохо? — спросила Крисси, наливая джин в высокий хрустальный бокал.

— Не знаю, я пока еще не уверена. Сейчас я не могу прийти в себя от эмоций. Я себя чувствую так, будто я мчусь по скоростной трассе и не уверена, что мне нравится эта скорость.

Крисси протянула ей коктейль и зажгла сигарету, затем легла на диван с белыми пухлыми подушками.

— Дорогая, расскажи все своей Крисси.

— Крисси, у тебя нет свободной комнаты для меня?

Крисси захлопала в ладоши:

— Ты спрашиваешь, нет ли у меня лишней комнаты? Свободной комнаты? У меня их восемь!

— Но тебе же нужно работать? Я не буду тебе мешать?

— Комната здесь. — Крисси показала ее. — Это моя студия. Остается семь комнат. Минус спальня — остается шесть. Кухня, столовая и гостиная. Остается — три. У тебя будет комната, чтобы спать, и комната, чтобы работать, если ты собираешься работать. И все равно остается еще одна комната. Как ты считаешь, что мы будем делать в этой комнате? Я знаю — там мы будем трахаться. Если вдруг приведем домой каких-нибудь заблудших серых котов!

— Крисси! — Мейв расцеловала ее. — Спасибо Богу за то, что ты у меня есть! Я просто не знаю, что бы делала сегодня, мне некуда было пойти переночевать, после того как…

— Послушай, Мейв.