Мы посмотрели друг на друга. Ответ было нетрудно вычислить. Их никто не отправлял.

— Мейв, что же нам делать с Сарой?

— Я не знаю. Сара взрослый человек. Она замужем. Мы не можем туда поехать и забрать ее силой. Сара сама должна выпутаться из этой истории.

— Наверно. — Я не была в этом убеждена. — Но я все равно буду беспокоиться о ней.

— Мы все волнуемся. Но Сара умная. И сильная. Когда она дозреет, то сама уйдет от него.

— Надеюсь, что ты права, Мейв.

Мейв попыталась улыбнуться:

— Я тоже на это надеюсь!

Я поняла, что ей хочется поменять тему разговора. Мейв спросила:

— Как твоя мать реагирует на еврейского жениха?

Я засмеялась:

— Она постепенно привыкает к этому. Сначала я боялась, что у нее будет сердечный приступ. Она сказала, что так бывает всегда, когда учишься в таком радикальном колледже, как Редклифф. Но Питер всегда так внимателен к ней — и ей в конце концов пришлось сдаться. Тетя Беттина любит его. Бедная тетя Беттина… — начала было я снова, но вовремя остановилась. — Что будет с этим домом?

— Я дарю его Бостону. Здесь будет клиника душевного здоровья.

— Клиника душевного здоровья на Луисбург-сквер? Боже мой! Всех, кто живет здесь, просто хватит удар!

— С этим должны справиться мои адвокаты. Им хорошо платят — пусть отрабатывают свои деньги!

Я удивленно посмотрела на нее: она говорила весьма резким тоном. Мейв так изменилась, подумала я. Она становится жестокой.

— Что будет с домом твоей бабушки?

— Это не мой дом. Это дом моего… это дом Пэдрейка.

Нет, Мейв не передумала подарить клинику душевного здоровья городу, хотя больше не собиралась жить в Бостоне. Она не станет лично заниматься этой клиникой. Она не хочет никогда больше видеть дом тетушки Мэгги. Мейв понимала, что когда-нибудь, когда ее гнев несколько поостынет, она сможет простить тете Мэгги то, что та дала ей возможность родить Эли, — но Мейв никогда не сможет понять все до конца!

Она все оставляла здесь. Дом, занятия филантропией, воспоминания… Она готова была заново начать карьеру писательницы. Мейв встретится с отцом на поле боя. Если были правы критики, когда заявляли, что она обладает большим талантом, Мейв сделает все возможное, чтобы превзойти его, она станет самой лучшей! Ей нужно что-то предпринять, чтобы наказать Пэдрейка за то, что он сделал с Эли, с Сарой… Бедная Сара!

Возможно, она получит Нобелевскую премию, и тогда посмотрим, как он сможет это пережить! Мейв заперла дверь дома тети Мэгги и даже не оглянулась.

Выехав из Бостона, Мейв было направилась на юг, но повернула обратно. Ей необходимо сделать еще кое-что, прежде чем окончательно сказать прошлому «Прощай!». Нужно в последний раз съездить в Труро. Она проехала по мосту в сторону Кейпа и помчалась по шоссе. Шоссе № 6 стало совсем не таким, каким Мейв его помнила. Но она сама тоже изменилась. Мейв нашла въезд в Ремет-Роуд, и ей все показалось знакомым. Там были дюны и болота, топи и мхи, там была тропа Кренберри-Бог и узкая грязная дорожка, ведущая к дому, их старому дому. Он стоял высоко на скале из песчаника, прямо над морем, все еще в гордом одиночестве. Мейв остановила машину и пошла по дорожке к дому.