– Между прочим, – проговорила Таира, безошибочно угадывая ее мысли, твои злыдни пообещали вернуть Ю‑ю, если мы с тобой сообща это заработаем. Значит, нам все время надо быть вместе. Это однозначно.

Теперь и для принцессы это стало неоспоримым фактом.

– Запомни только одно, Тира, – проговорила она, чеканя каждое слово, запомни накрепко и никогда не нарушай: ты все время должна находиться от меня не дальше, чем на расстоянии протянутой руки. Лучше – ближе. Запомнила?

Девушка кивнула, и ее и без того яркое, персиковое личико вдруг осветилось совершенно ослепительной улыбкой – было даже непонятно, как это ее маленький лукавый рот превратился вдруг в одну огромную ухмылку от уха до уха.

– Не гримасничай, – одернула ее принцесса. – Мы отправляемся не на увеселительную прогулку.

– Вот именно! А то я боялась, что мне у себя дома и рассказать‑то будет не о чем – ну, мясо там жарила, как повариха в турпоходе… А Скюза возьмем?

Что ж, пусть девочка будет спокойна.

– Скюз и Флейж, за мной!

Они совершили уже около десятка перелетов, каждый раз выбирая себе крышу или башенку поближе к черепичному массиву дворца – или храма, что было им, в общем‑то, безразлично. Сейчас уже было видно, что Громадный приплюснутый купол с какими‑то грибочками по краям окружен бесчисленным множеством пристроек пониже, лепившихся к нему наподобие ласточкиных гнезд. На площади перед дворцом гарцевали подтянутые всадники с поблескивающими короткими копьями – уже не стражники, а настоящие воины. Послышался резкий, разбойничий свист, и всадники, сразу сорвавшись в галоп, помчались к широкому тракту, разделявшему город на две половины. Там они свернули на восток и, окутываясь клубами пыли, устремились навстречу невидимому пока каравану.

Это они по наши души, – насмешливо проговорил Флейж. – Пошли на перехват, недоумки.

– Канареечная почта сработала, – догадалась Таира.

– Не отвлекайтесь, – оборвала их принцесса. – Все на крышу дворца. Флейж и Скюз остаются снаружи, мы попытаемся найти окно, чтобы проникнуть внутрь.

Искать, собственно говоря, и не потребовалось: черепичные грибки прикрывали от дождя и града потолочные окна, затянутые то ли прозрачной пленкой, то ли выскобленными роговыми пластинами. Внизу, под куполом, располагался, несомненно, центральный зал, поражающий воображение невероятным множеством беспорядочно расставленных разномастных колонн. Казалось, их сооружали вовсе не для того, чтобы поддерживать свод, некоторые даже не достигали потолка, – а ради проявления изощренности своей творческой фантазии.

Таира и принцесса, распластавшиеся на черепице, одновременно подняли головы и переглянулись.

– А здесь паршиво в жмурки играть, – шепнула девушка, – сразу лоб расшибешь.

– Зато хорошо вести ближний бон, – возразила принцесса. – Спускаемся.

– Веревку взяли?

Мона Сэниа даже не потрудилась ответить – ну сколько можно объяснять, что для джасперянина увидеть – это значит уже проникнуть.

– Там кто‑то появился, – подал голос от соседнего окошка Скюз, никогда доселе не славившийся осторожностью. – Может, повременить?

Внизу, петляя между колонн, поплыли дородные фигуры в алых балахонах Таира прикинула, на кого они больше похожи: на палачей или на кардиналов? Решить было трудно, потому что ни с одним из представителей этих профессий она, к счастью, на Земле не встречалась.

– Тем лучше, – жестко парировала принцесса. – Подтвердим свое магическое естество. Вставай.

Она протянула руку, обнимая девушку за плечи, и в следующий миг они стояли уже посреди леса колонн, в самом центре грубо скомпонованного мозаичного пола, отмеченного пурпурным разлапистым цветком.