— На окраинах из казаков, а в центральных губерниях, даже не знаю. С одной стороны, нужно-то мне всего тысяч пятьдесят. Но не хотелось бы новобранцев. Сержанты нужны в первую голову. Будут в ротах хорошие сержанты, ну и считай полдела сделано.

— А вы смотрели цензы найма? — Генерал чуть понизил голос и наклонился ближе к Николаю. У армии, довольно высокие требования и к офицерам, и к сержантам. И по возрасту, и по образованию. Скажем сержант старше тридцати пяти, с образованием в три начальных класса, не имеет никаких шансов удержаться на службе, и его отправляют в запас. И вот этот-то запас, и есть ваш основной кадровый резерв. Списки достанете через окружных чиновников в погонах, то вам недорого станет, а то и просто объявление в газетах дадите. Солдатский телеграф он такой. А многим эта гражданская жизнь хуже каторги. Так что многие с понижением пойдут, лишь бы обратно в войска.

— Ценный совет. — Николай кивнул. Пожалуй, так и сделаю.

— Да, конечно некоторые армейские начальники будут выступать против такой практики, но вам-то они сделать ничего не смогут, да и вы в своём праве. Отставник или запасник, это фактически брошенный человек, и призовут его лишь в случае большой войны. А таковая у нас по моим подсчётам нескоро. Так что поворчат, да успокоятся. Им же проще. Не по городам и весям бродят отставные головорезы, а при деле. И кстати. А будут у вас должности под женщин?

— А как же. — Николай уверенно кивнул. Он и правда планировал на многие места брать женщин особенно туда где требуется усидчивость, и аккуратность. Радиотелеграфистами, техническим персоналом штабов, и так далее. В армии, обычный процент женщин был около пяти, а в Страже, Николай планировал довести это количество до десяти, тем более что тыловых вакансий хватало. Зачем держать на складских должностях мужчин, когда с пересчётом имущества и ведением учёта могли вполне справиться дамы.

Кстати о дамах. Когда банкет закончился, и Николай уже видел первые сны, в дверь гостиничного номера, закрытую на ключ и накрепко подпёртую стулом, раза три за ночь скреблись, дёргали за ручку, но Николай лишь приоткрывал один глаз, и поняв, что дверь сейчас ломать не будут, засыпал сном праведника дальше.

Утро следующего дня, началось с детальной проверки самолёта, а именно всех замков и пломб, но всё было на месте, и проконтролировав заливку топлива, Николай оторвал свой Си-24 от полосы, и взял курс на Москву.

Российская империя Москва.

Сводка о происшествиях, случившихся за день в огромной империи обрабатывалась ночью в Личной Канцелярии, и вместе с документами от ведомств, входили в краткий утренний доклад дежурного офицера государю. Офицер докладывал кратко, после чего руководители ведомств, если желали и их приглашали для доклада, поясняли суть того или иного происшествия.

Восстание в пересыльной тюрьме было бы малозначительным происшествием, если бы не захват работников тюрьмы и Ссыльной Экспедиции, и последующим орудийным обстрелом здания генералом, проводившим инспекцию губернской Внутренней Стражи. Поэтому сразу после доклада дежурного адъютанта, вышел глава Коллегии Внутренних Дел, и попытался коротко объяснить почему такое вообще стало возможным. Захват тюрьмы каторжниками, и взятие заложников.

— Итак, вы утверждаете, что волнения, и взятие тюрьмы стало возможным благодаря продажности работников Экспедиции? — Произнёс государь, когда глава коллегии иссяк. — Возможно конечно, но меня интересует другой вопрос. Почему это Экспедиция вообще находилась в здании тюрьмы? Как могли люди гражданские вообще оказаться на территории, особого объекта которым безусловно является пересыльная тюрьма?

— Так повелось, государь. — боярин Хвостов развёл руками.