Хозяин острова принял их в большой круглой зале, возлежа на шитом золотом диване, который стоял на двухуровневом круглом подиуме с подсветкой по краям. Сам Табболд был одет в белоснежную тунику, на ногах украшенные драгоценностями сандалии. Он ждал гостей, держа в руке бокал на длинной ножке, запивая вином фрукты, которые брал из парящей над столбом силового поля вазы.

    Рядом с Табболдом стоял, направив на визитеров ствол скорострельного бластера, робот сухопутного сопровождения Тр-ЕК12. Приплюснутая с боков «голова» мигала красным глазком боевой готовности.

    – Ближе не надо, – сказал хозяин острова и стал внимательно разглядывать Ладимира и Феникса.

    Каменев спокойно выдержал взгляд этого невысокого человека, в каждом жесте которого сквозила властность.

    – Ты изменился, Руди, – сказал он наконец. – Правда, я еще не решил, нравится мне это или нет. Ну, да ладно. А вот лицо твоего… друга кажется мне знакомым.

    – Я… – хотел сказать Лад, но Табболд перебил его, махнув рукой:

    – Знаю. – Он откусил фрукт и наморщился. – Ты – пират Каменев. Тебя трудно не узнать. Жена советника Брюллова прожужжала мне все уши… ах, капитан Каменев… этот капитан Каменев…

    На запястьях хозяина острова сверкали белыми огнями виртуальные манипуляторы – браслеты, транслирующие под его пальцы голографическую панель управления. Табболд поднял руку, сделал несколько движений, и стены начали двигаться. Они разошлись в стороны, открывая залитую розовыми лучами солнца, обрамленную лепными перилами прямоугольную площадку. Посередине вытянулся комплекс скульптурных фонтанов, над которыми дрожали десятки радуг. Композиции изображали юношей и девушек, чьи тела сплелись в страстных позах. Встроенные генераторы поля, повинуясь фантазии художника, создавали из воды поразительные образы. Большая часть фонтанов была выполнена в классическом стиле с основой из мрамора и металла, но центральное место в комплексе занимала плоская чаша, в середине которой возвышались над всей композицией две фигуры, полностью созданные из поднимающихся снизу прозрачных потоков воды. Они были сделаны так искусно, что казалось, будто у девушки волосы развеваются на легком ветру, а ладони юноши скользят по ее телу в нежной ласке.

    Розовый свет придавал фигурам оттенок человеческой кожи, отчего в голову приходило только два слова: «нереально» и «красиво».

    Довольный произведенным на гостей впечатлением, Табболд заулыбался:

    – Да, Руди, этого ты еще не видел. Немало лет прошло, тут многое поменялось, – он набрал команду на пульте, и из пола залы, где они находились, по периметру стали вырастать античные колонны, затем то же произошло и по краям площадки с фонтанами, отчего создалось впечатление единого пространства.

    Табболд еще раз откусил фрукт, снова наморщился и небрежно выбросил в ближайший фонтан.

    – Раз вы меня знаете, – сказал Каменев, – может быть, поговорим о том, что привело нас к вам?

    Тот даже не повернулся к нему. Хозяин острова с грустным видом устремил свой взгляд вдаль.

    – Скучно, – проговорил он. – Ваш визит немного развлек меня – мне хотелось увидеть Руди после стольких лет, но теперь я уже достаточно насмотрелся. В общем-то, и пообщаться со знаменитым пиратом было бы достаточно интересно, будь у меня на то настроение.

    Подобное отношение привело Каменева в ярость. Какой-то чванливый, зажравшийся ублюдок строит из себя властителя мира и издевается над ними.