— Вы не знаете, что значит слово «монолитно»? — хмыкнул Вайши.

— То есть оно целиком… но сколько же оно весит?!

— Весит? — не понял Вайши.

— Но, получается, эти дома сюда кто-то привез и высек, так? Привез огромные камни, и сделал из них дома? — Аквист лихорадочно заозирался. — Но в таком случае должны быть обломки какие-то! И потом, что за техника может поднять такой камень?! Да еще и целиком, и без трещин?

— Никаких обломков нет и быть не может, сейчас поймете, почему. Так, почти пришли, — Вайши остановился перед неприметной узкой дверью и стал возиться с замком. — Сейчас, сейчас… юноши, помогите-ка мне. Надо перетащить вон те сундуки в коридор. Иначе мы ничего не увидим.

— Зачем в коридор? — не понял Аквист.

— Затем, что я сундуками задвинул то, ради чего вас сюда привел. Нашей науке категорически противопоказаны прорывы и рывки, — наставительно заметил Вайши. — Надеюсь, слово «ортодоксальный» вам объяснять не надо? Догадаетесь, что значит? Вооот. Ага, вон тот сундук еще. А теперь смотрите.

Сначала Аквист подумал, что хранитель чокнулся — тот присел на корточки на пол в углу и принялся что-то поднимать… с совершенно пустого пола. Через секунду участок пола вдруг пошел вверх, как крышка люка, и слегка отъехал в сторону. Участок этот имел правильную овальную форму, и оказался тонким, сантиметра два, не больше.

— Здорово, да? — гордо улыбнулся Вайши. — Посмотрите, что там.

Шини и Аквист покорно заглянули в отверстие в полу и оторопели.

— Простите, но это… это кости? Такие огромные?! — с ужасом спросил Шини. — Триединый меня возьми…

— Это не кости, — снисходительно ответил хранитель. — Это то, что поддерживает дом, в котором мы находимся. На самом деле эти штуки больше похожи на прожилки в древесном листе, просто они много больше, и давно, как бы правильно сказать, мертвы. Они пронизывают весь дом…

— Как вы это поняли? — поинтересовался Аквист. Он тоже сел на корточки, и осторожно потрогал «кость». Шершавая светло-серая поверхность, выходящая наружу, и — уходящая внутрь пола строения, окруженная тем самым «серым камнем», из которого, как он до этого момента думал, был построен весь дом.

— Видите дырочку? Это я просверлил. Надо сказать, было сложно, — гордо заметил Вайши. — Внутри кость полая. Я запустил в неё проволоку, и проволока прошла по каналу далеко внутрь дома. На несколько метров. Она бы, наверное, прошла и дальше, но канал стал слишком узким. К тому же он ветвится.

— Так что же получается… — потрясенно произнес Шини.

— Получается, что эти дома никто не строил и сюда никакие камни не возил. Это дома кто-то вырастил здесь. Они росли, юноши. Эти дома когда-то были живыми.

* * *

Часом позже они сидели наверху, в кабинетике Вайши, и пили вкуснейший лхус, заедая традиционным для рауф печеньем, тоже из ягод рибира. И слушали Вайши, у которого, как выяснилось, действительно было что рассказать.

— …просто поразительная слепота, — сердился старый хранитель. — Вот смотрите. Вы используете простыни-паутинки, да?

— Ну да, — покивал Аквист. — И одеяла. Не дома, а в общежитии. Дома они обычные, из ткани.

— А что такое простынь-паутинка, юноша? — склонил голову к плечу Вайши. — Что она такое?

— Она… — Аквист осекся.