Изменить размер шрифта - +
Тропинка вскоре сошла на нет, и дальше они шли через лес напрямик, благо, что лес был сухой и почти без подлеска, который, как известно, ходить мешает.

— Мальчики, еще долго, — предупредил хранитель. — Если хотите, можно передохнуть.

— А долго — это сколько? — поинтересовался Аквист.

— Где-то час. Нам надо на другую сторону холма.

— Ого, — покачал головой Шини. — Час туда, час обратно… мы к обеду не успеем, точно.

— Ничего, к четвертому дню вернемся, — заверил Вайши. — Водичка с собой есть, и ладно. Плохо только то, что Оташенька будет ругаться.

Поводов поругаться у Оташеньки, как подумал Аквист, будет много больше, а не только опоздание к обеду. Пока шли, успели влезть в репейники, причем высокие, и потом Шини долго вытаскивал их колючки из своих косичек. Потом Аквист угодил ногой в лужу, не замеченную из-за высокой травы, а потом Вайши забыл у кустов, в которые отошел по делам, свою палочку, и пришлось за ней возвращаться.

Место, в которое привел их Вайши, находилось примерно на середине склона, и выглядело совершенно обычно. Всё тот же лес, ничего особенного. Но когда подошли, оказалось, что здесь находится яма от упавшего огромного дерева, из-за падения которого со склона сползла часть грунта, и под ней…

— Аквист! Смотри! Это ведь точно такие же буквы, как на диске! — возбужденно закричал Шини. — Вайши, этот камень…

— В этих камнях, как я думаю, весь холм, — невозмутимо ответил хранитель. — Дерево было старое, сидело глубоко. Вот и вывернуло большой кусок земли, когда упало. Мы видим только угол камня. Я думаю, он больше. Много больше.

— Ух ты, — Аквист положил рюкзак на землю рядом с глубокой ямой и полез вниз, следом за Шини. — Как будто действительно угол, да? Только он разрушенный сильно. Весь в трещинах.

— Нет, мальчик, он не разрушенный, ты ошибаешься. По этому камню стреляли из чего-то. Сами по себе они не разрушаются. Вон там, дальше, глядите…

В указанном им месте из земли торчал еще один камень. Вернее, была видна только его верхняя грань. Абсолютно ровная, без единой щербинки.

— Вайши, это феноменально, — восхищенно сказал Аквист. — Но почему, Триединого ради, ты до сих пор не подал заявление о раскопках?! Ведь это действительно сенсация!

— Дурак ты молодой, сенсация, — проворчал Вайши. — Этот холм — святое место. Его охраняет государство. А если государство что-то охраняет…

— То лучше не соваться, — закончил Аквист. — Знаю. Но всё-таки…

— Не «всё-таки», — оборвал его Вайши. — Сам посуди. Что им, всю историю переписывать, что ли?

— В смысле? — не понял Аквист.

— Как выяснить, для чего нужен этот холм, на котором стоят в огромном количестве одинаковые камни? С чем это связано? Кто это сделал? Когда? Зачем? — Вайши хмыкнул. — Этак, знаешь, можно докопаться до того, до чего не следует. Но я вот немножко докопался. Пожалуй, стоит сказать об этом тут, а не в городе.

Шини вылез из ямы, сел на сухую траву. Аквист тоже.

— Этот холм, как и город, построили никакие не древние, — веско произнес Вайши. — То есть построено это всё давно, но не нами.

— А кем? — спросил Шини с интересом.

— Это были пришельцы, — невозмутимо ответил хранитель. — Пришельцы с далеких звезд.

— Да ладно, — хмыкнул Шини. — Не бывает никаких пришельцев, это даже дети знают.

Быстрый переход