— Потому что все вы, дорогой мой Фадан, все вы, кто едет сейчас в этой машине — интеллектуальная элита. Три историка с университетским образованием, при этом не владеющие даже зачатками логики и анализа, чтобы суметь понять: вы всё это время изучали фальшивку. Медик, который не знает даже основ физиологии и анатомии, и умеет максимум — приложить примочку и заполнить кучу бумаг. Священнослужитель — которая не в состоянии сообразить, откуда берутся деньги на её обучение и занятия, и которая проповедует строго по регламенту… но она хотя бы видит грань, и знает, пусть и немного, о том, что существуют запретные темы. Ведь так, Бонни? У вас хоть что-то, да просачивается. А вот у остальных — нет. Вы всю жизнь прожили за глухим забором, и вам даже в голову не пришло ни разу за него заглянуть.

— И что из этого следует? — мрачно спросил Фадан. Шини и Аквист пристыжено молчали, а Бакли, кажется, сосредоточился на дороге до такой степени, что и вовсе перестал слушать то, что говорили рядом.

— Только одно. Вы все — безнадежные идиоты, — закончил Шеф. — Безграмотные, запуганные, несчастные, с рождения обворованные идиоты. Вы трусы, потому что вы сейчас отчаянно боитесь это всё исправлять. Ведь я прав?

— Нет, не прав, — решился Аквист. — Мы ведь поехали. А, Шеф? Если бы мы были такие безнадежные, мы бы остались дома.

— Ну, значит, не всё еще потеряно, — улыбнулся Шеф. — Не обижайтесь, ребята. Иногда лучше отрубить сразу, чем рубить по частям. Как прививка. Да, Бакли?

— Ну да, — Бакли вздохнул. — Прививка… Та еще прививочка получается.

— Что поделать, — развел руками Шеф. — Ладно. Давайте обсудим, как можно замаскировать машину.

* * *

8

Мастера маскировки десятого уровня

* * *

— Аквист, пойди-ка сюда, — ласково позвал Бакли. — Иди, иди, не бойся.

— А чего сразу я? — с подозрением спросил Аквист.

— Ну, надо, — туманно ответил Бакли. — Да это ненадолго. На полчасика.

— На какие полчасика?!

— Ну, мне же Сеп сказал тренироваться.

— А почему на мне?!

— Потому что на Шини я уже тренировался.

— Сейчас он тебе сначала врежет несколько раз посильнее, а потом разрисует точечками, — сообщил Шини. — И ты от него тоже не сумеешь добиться объяснения, на фига ему это нужно.

Бонни и Фадан отправились в город, точнее, в большой магазин при ближайшем храме, чтобы купить ткани с текстами и костюмы паломников, а Бакли, Шини и Аквист остались в гостиничном номере. Шини и Аквисту Шеф поручил найти в сети информацию о белоглазом, а Бакли сейчас осваивал перкуссию — Сеп решил поучить его определять топографию внутренних органов этим способом.

Аквист, как только все ушли, на сорок минут оккупировал ванную — рауф более чем брезгливы, грязь не переносят и мыться любят. У них очень чуткое обоняние и плохие отношения с неприятными запахами. Точнее, с теми запахами, которые кажутся им самим неприятными. Поэтому, конечно, ванная в номере пользовалась большим спросом: с самого утра туда на час забрался Бакли, потом Бакли выгнали, и наступила очередь Аквиста. Теперь в ванную должен был пойти Шини.

— Какими точечками он меня разрисует? — на всякий случай Аквист отодвинулся от Бакли подальше. — Зачем?

— Бакли, на хрена ты рисовал на мне точки? — с упреком спросил Шини.

— Идиоты, — простонал Бакли.