— И?

— Что «и»? Развели тебя, Лерка, как котенка неразумного.

Малх! Так я и знала.

— В чем подвох? — осторожно спросила Васа. Чувство облапошенности было, но постичь суть не могла.

— Могла ты из нашего демона еще долго веревки-то вить, а сейчас все — лавочка прикрыта. Ты слово ему дала, «да» свое неразумное, а демоны к этому строго относятся. Раз согласна, значит, стала фактически собственностью на веки вечные, — ответил хран.

— Собственностью? — в ужасе переспросила я. — Это он что, может со мной делать что угодно?

— Вообще, да.

— И убить? — сердце колотилось так, что готово было выскочить из груди.

— Ерунды не говори! — нахмурился рогатик. — Демоны — они собственники, а свое имущество и сами не портят, и другим не дают. Так-то. В общем, лучшего защитника нам не найти все равно.

— Тогда… Чем мне грозит эта помолвка? — окончательно запуталась я.

Конечно, слово «собственность» коробило, но против защитника и надежного плеча рядом я совсем не возражала. Тем более, не раз убедилась, что мои магические навыки пока не идут ни в какое сравнение с навыками кураторов. Даже способность к управлению двумя стихиями не давала преимущества. Магия — субстанция тонкая. Чтобы ею управлять, многому следует научиться. А для этого время нужно и терпение.

— Командовать он теперь будет! — хран смотрел на меня так, словно я существо неразумное, которое и понятия не имеет о том, что всем известно. — Заботой своей достанет. Ну и губы твои противно так лизать станет все время.

И вот сейчас я улыбнулась. И как мне не пришло в голову, что наши с Васом «хорошо» могут различаться? Причем, кардинально. Лично я была бы совсем не против, чтобы Эммерс время от времени лизал мои губы. Ничего противного в этом не находила. Более того, целуется Сеттар замечательно. Даже от простого воспоминания кровь закипала. А ведь мне есть теперь с кем его сравнить, и Клери можно даже в расчет не брать.

Что касается приказов и навязчивой заботы, то куда уж больше? Терпела раньше, вынесу и сейчас. Зато морская жаба, как бы ни раздувала свои жабры, все равно останется с носом. А это… Это дорогого стоит!

— Дремучая ты у меня все-таки! — покачал головой Вас. — Сама себя в добровольное рабство одним словом упекла и улыбается стоит. Горе мне с тобой. Тайны рода узнавать собираешься? Или будешь в облаках витать? Учти, кровь засохнет, я твои грязные заготовки больше кусать не буду! Не хватало, чтобы опять твой защитничек в исподнем прибежал…

— Вредина! — я показала язык опешившему храну и потянулась за книгой.

Как и следовало ожидать, повышенная регенерация сыграла свою роль. Ранка, оставленная остренькими зубами Васа, затянулась. От нее осталась лишь тонкая царапинка. А кровь совсем засохла, оставив на коже бурые разводы. И что теперь делать? Я с надеждой посмотрела на свою нечисть.

— Не-не-не! — запричитал он. — Даже не проси! Еще раз рисковать? Да меня этот твой развеет! А я жить хочу!

— Предатель… — вздохнула я.

— На каждого рогатого всегда найдется более рогатый, — философски заметил хран. И ведь тут не поспоришь.

Но проблему все равно нужно решать. Я провела по застежке пальцем, на котором запеклась кровь, и ничего. Абсолютно ничего не произошло. Книга так и осталась закрытой и непонятной. И тут на ум пришли слова Васа: «Докажи ей, что ты не самка сиэкла». Хмм…

Теоретически, кровь не единственная жидкость в организме.